Колдовская Любовь.
 
 

 

В цыганском театре Ромэн редко ставят цыганские спектакли. Зачастую на сцене не увидишь ничего общего с реальными обычаями, традициями и характерами. Тем более приятно, что режиссёр Георгий Жемчужный снова порадовал нас прекрасной постановкой. Его спектакль "Колдовская любовь" основан на пьесе Гарсиа Лорки "Кровавая свадьба". Мы уже привыкли, что Жемчужный подвергает классику творческому переосмыслению. Вот и на этот раз зрители видят Испанию через призму цыганской культуры. Те смелые интерпретации диалогов и мизансцен, которые позволяет себе режиссёр, выглядят без всяких сомнений оправданными. Хочется сказать Георгию Жемчужному: "Браво!" Из всех возможных сюжетов он выбрал свадьбу. А что, скажите мне, является более цыганским по духу? Реальные цыгане всех стран и всех эпох считали этот праздник самым главным в семейной жизни. Вокруг свадьбы крутятся все мысли отцов и матерей. О молодёжи не говорю (тут и так всё понятно). Но ведь и цыганское сообщество в целом живёт от свадьбы до свадьбы. Кто, где и когда - главная тема разговоров. В наши дни свадебные видеосъёмки - любимый жанр. Двухдневные торжества снимают подряд на целую груду кассет. А когда заходишь в цыганский дом в гости, то во время застольной беседы очередная свадьба крутится на телеэкране постоянным фоном. Цыгане современной России увлечённо обсуждают, кто кого засватал, где недавно "украли девочку", подходят ли друг другу жених с невестой и так далее. Ни политика, ни прочие темы (которые так занимают умы прочих россиян) не идут ни в какое сравнение со свадьбой.
Итак, Жемчужный явно не прогадал, поставив в центр внимания сватовство, любовный треугольник и свадебное действо. Но от такого выбора выиграли и все мы. Обычно в Ромэн идут, желая насладиться цыганскими песнями и плясками. А свадьба - это сюжет, позволяющий насытить спектакль музыкой и танцами. Не припомню, когда зрители получали в последний раз такой роскошный подарок. Жемчужный измотал труппу репетициями. Но каков результат! И главные герои, и массовка затанцевали с такой отдачей, какую стены Ромэна давно не видывали. Не знаю, что будет через полгода-год, когда спектакль станет для его участников рутиной. Но на первых представлениях все без исключения играли так, что залюбуешься!

Танец жениха и невесты.
Танец на свадьбе.

Обычно "масса" - это большая проблема театра. Но в постановке Жемчужного артисты с ролями "без слов" очень органично реагируют на реплики главных героев. Из разговоров за кулисами я понял, что актёры сами счастливы - наконец-то они могут проявить себя в таком сильном спектакле. Кроме того, Жемчужный оставил каждому простор для импровизации. Мизансцены построены так, что каждый показывает залу свою цыганскую ухватку. Участие в подлинно национальном спектакле словно преобразило актёров. Заплясали в истинно цыганской манере даже те, кого мы привыкли видеть в ролях коренных европейцев.
Жемчужный с большим тактом выстроил хореографическую часть. Начинается всё, естественно, с фламенко (для постановки этих танцев обратились к балетмейстеру-специалисту). Однако дотошное следование этнографии прискучило бы русскому зрителю, у которого есть сложившееся представление о цыганском фольклоре. Поэтому постепенно акценты смещаются в сторону популярных в России народных песен.

Невеста с мачехой.


Первый акт - это экспозиция. В нём нас знакомят с героями, намечают контуры будущего конфликта.
А с началом второго действия нас затягивает вихрь цыганской свадьбы. Для постановки этой феерии режиссёр привлёк колоссальный эстрадный опыт своей семьи - прежде всего, творческое наследие великого Николая Жемчужного. Даже искушённых зрителей поражает страстный поток, в котором бесшабашное веселье постепенно сменяется на тягучие - почти мистические - пляски. Незаметно меркнет свет, и гости свадьбы преображаются словно по волшебству. Теперь в их движениях сквозит надвигающаяся гроза. Финальный перепляс, в котором каждый актёр выходит показывать "свой кусочек" танца, проникнут неизбежностью беды. Вот когда понимаешь до конца название "Колдовская любовь"!
Да! Будет страшная развязка. Невеста сбежит со свадьбы. Жених и его соперник убьют друг друга в поединке. Спектакль Жемчужного это не только песни и танцы. Это сильная драматургия. Это диалоги, насыщенные размышлениями о самом главном. О любви и ревности, о мести и прощении, о страсти и долге. На премьере актёры играли прекрасно. Я даже не знаю, кого выделить. Все были хороши. И все были цыганами в каждом жесте.
Поймите меня правильно. Это вовсе не дежурная похвала. И далеко не все режиссёры Ромэна ставят себе задачу показать национальную фактуру. Я слышал немало разговоров о том, что: "хватит тонуть в таборной тине", "давно пора становиться европейским театром" и так далее. В результате мы часто видим на сцене героев, которые цыганами быть перестали, а до естественности в европейском смысле не доросли. Жемчужный отвергает слепое следование моде. Он показывает общечеловеческие ценности через призму цыганских характеров. А поскольку помимо деклараций он имеет за душой огромное мастерство и редкую эрудицию - именно ему и удалось сделать спектакль об Испании столетней давности по-настоящему современным. Георгий Николаевич смело пользуется "европейскими" приёмами. С условной возвышенностью решена сцена поединка. Двое цыган не дерутся, не размахивают кулаками и ножами. Они обмениваются выпадами в стиле корриды, а потом с размаху втыкают в пол бандерильи. И когда они опадают на колено, прижав ладонью к белым рубахам красные плащи, кажется, что на землю льются потоки крови.
Чисто кинематографический приём "стоп-кадра" применён в сцене свадебного торжества. Под весёлую музыку гости и хозяева кружатся парами. Рисунок танца таков, что мужчины постоянно меняют партнёрш.

Танец на свадьбе.

И вот в ту минуту, когда невеста попадает в руки тайно любимого мужчины, их выхватывает луч прожектора. Все вокруг замирают. И мы понимаем, что ни жених, ни родители, ни гости не заметили этот краткий миг. Но для двух любящих сердец мимолётное касание стало целой вечностью, в которую вместились радость, смятение и борьба чувства с долгом. Всего на несколько тактов радостный оркестр уступает место проникновенной лирической музыке. А потом толпа оживает. Невесту словно волной относит к жениху, а молодого мужчину к законной жене. Не было сказано ни слова! Но зрителям уже ясно: "Быть беде!"

Мимолётное касание.


Да - это вполне европейский режиссёрский приём. Но его нельзя отнести к вставным номерам. Он органичен в цыганском по духу спектакле. В конце-концов, замедление ритма, "размытие фона" и прочие модерновые условности применяются Жемчужным не ради оригинальности. Форма вырастает у него из содержания. Жемчужный редко ставит новые спектакли. Прошлая премьера - "Вива, Кармен!" - была четыре года назад. Но когда мы видим результат, то становится ясно, что замысел долго вынашивался и постепенно обрастал деталями. Возникали, а потом отвергались разные варианты. Наверное, это и есть настоящее творчество.
Особо хочется отметить приём "театр в театре", который как нельзя более уместен именно в "Колдовской любви". Поэтический язык Гарсиа Лорки очень условен. Испанского поэта трудно ставить именно потому, что он изначально применял в диалогах обороты, немыслимые в бытовой речи. Объявив, что всё происходящее - мистерия театра Ла-Баррака, Георгий Жемчужный словно задаёт иные критерии. На площади - помост. По бокам - зрители в испанских костюмах. В этом бродячем театре молодая актриса может изображать пожилую вдову. И это не будет диссонансом.
Возвышенный язык в последнем диалоге матери и невесты тоже не кажется слишком выспренним. Ничто не режет уши. Это Лорка, господа! Лорка в исполнении бродячей труппы Ла-Баррака. Театр, каким он был в старину, когда не стеснялись глубоких чувств и страстных возгласов. И при этом очень современный театр.
Ваши аплодисменты!!!


Николай Бессонов. Декабрь 2007 г.