Статья Лилит Мазикиной "Роль мужчины в традиционном цыганском обществе"

 

 

(На примере кочевых русских цыган и котляров XIX — XX веков).

Для начала — два факта, которые известны тем, кто читает жёлтую прессу, и действительно являются фактами.

1) За ежедневный прокорм в традиционной цыганской семье отвечает женщина.

2) Муж в традиционной цыганской семье имеет право ничего не делать.

Всё тут, казалось бы, ясно и прозрачно, и можно начинать поджимать губы, сверкать в сторону традиционного цыганского мужика глазами и вешать на него ярлычок «Паразитус вульгариус, сукос страшниус, адна штука». Однако не стоит так вот запросто интерпретировать эти два факта, как делает обычно пресса:

«Баба целый день крутится, а мужик лежит, курит и чешет пузо и иногда даёт звезды обидчикам жены, и это есть древний кочевой обычай».

Как и в любом патриархальном обществе, у цыган было чёткое деление обязанностей, зависящих от возрастной категории, семейного статуса и пола. Никаких обязанностей не было у малышей; после них по разгруженности шли дети 7-12 лет и старики, которые вроде и совсем не бездельничали, и не работали особо. Уже больше работы давали подросткам. Больше всего домашней работы приходилось на молодую женщину (статус женщины, как и мужчины, зависел не от возраста, а от семейного положения), как правило, младшую невестку, а больше требований по «добыче» возлагалось на зрелых женщин, уже хорошо обучившихся ремеслу гадания (читай — умения быстро определить проблему клиента и дать меткий, хороший совет или позитивную «установку»). Прежде, чем мы перейдём к мужчине, небольшое лирическое отступление про женщин.

Котлярка с детьми в городе. 1940-е годы.

Что у котляров, что у русских цыган основным женским заработком были гадание и выпрашивание. Таким образом добывались «куски», т.е. простая пища, вроде ломтей хлеба, овощей, крупы, яиц, молочных продуктов, а также поношенная одежда, которая перешивалась, пускалась на тряпки и лоскуты (лоскуты отличались от тряпок тем, что использовались при изготовлении и починке одежды, постельного белья (!), полотенец и тканевой части шатра). В городе за гадание давали в основном деньги, как правило, «медь», т.е. мелочь — копейки, на которые на обратном пути в табор и закупалась ежедневная провизия. Но в города заходили чаще котлярки, нежели русские цыганки. Иногда женщин также просили сплясать, но в отличие от городских хоровых цыганок, для простых кочевых такой заработок был случайным, редким, и считался скорее детским. За серьёзную постоянную работу кочевыми цыганами это не считалось; хотя умение танцевать и было обязательным — но не по причине профессиональной, так сказать, ориентации. Полунасмешливое отношение к артистам, как к людям, занимающимся на постоянной основе чем-то «детским», осталось до сих пор. Кроме того, как и у русских, у цыган считается, что «творческая интеллигенция», или попросту «богема», ведёт более распутный образ жизни, чем другие цыгане. За обоснованность мнения ничего не скажу.

Перед уходом и по возвращении женщина хлопотала по хозяйству: носила воду, делала непременный чай (у русских цыган — в самоваре), кормила детей, готовила ужин (взрослые цыгане и подростки ели фактически раз в день, вечером), стирала-шила-подметала. Короче, как пишут в советских справочниках, положение приниженное, весь день по уши в хлопотах, и лично мне простую таборную женщину жалко. Впрочем, не могу сказать, что русские крестьянки не были так же по уши в хлопотах.

Ещё лирическое отступление: каждый вечер после ужина женщина отдыхала. Это был обычай — всем вместе готовить ужин (если табор не слишком большой), всем вместе его кушать, а потом всем вместе сидеть и лежать возле костра, ведя беседы, петь, играть и танцевать. Всеобщий релакс, выход напряжения, позволяющий тем же женщинам не сойти с ума от постоянных забот. Может, оттого и были молодые замужние цыганки веселей своих деревенских русских товарок. А может, это цыганский и русский стереотип — не поручусь.

Русские цыгане за чаепитием. Документальный кинокадр 1931 года.

 

Теперь вернёмся к простой и суровой таборной жизни.

Чай и сахар (а чай любили с сахаром вприкуску кушать) в деревнях цыганкам не подавали, он стоил денег. После удачной «работы» в городе их, конечно, могла купить и простая цыганка, но всё же обычно на бабьи заработки тут надеяться было нечего. А чай пили как минимум два раза в день: утром и вечером. Кроме того, вечером мужики любили пропустить рюмочку водочки. Причём деревенский самогон не сильно котировался, отношение к нему было настороженное. То есть, покупали водку в трактире — опять деньги. Мужик ходил в сапогах, при том, что сами цыгане их тачать не умели, а у крестьян — для людей с особо буйной фантазией — хороших сапог своего размера не наворуешься. На зиму русские цыгане вставали на постой в деревнях, ибо холодно, и тут гаданием не расплатишься. На крестины и свадьбу принято приносить подарки — «куски» и «медь» не сойдут! Потом, если ты отец жениха, то ты вообще всю свадьбу оплачиваешь, а там яства, вино, мясо — баба на столько не нагадает. Сундуки-ковры-перины, без которых кочевая жизнь тяжка, тоже тебе в окошко не подадут. И, наконец, дело чести семьи — чтобы бабы в семье ходили с серьгами и кольцами, которые заодно же приносят семье удачу. Вот тут и выступает на сцену цыганский мужик.

Краткая справка: мужик — это уже женатый цыган мужского полу. Стариков (имеющих внука от сына) тоже можно к ним отнести, но это более высокий социальный уровень. Почётный, так сказать, «мужчино».

Котляры решали эту проблему просто. Новички, не падайте в обморок — они, вообще-то, имели постоянное ремесло. Ходили по городам и весям с воплем «лудить-паять», а также изготавливали тазы-кастрюли-чайники-корыта и продавали сию полезную в хозяйстве хрень, самолично расхаживая с ней по дворам и улицам. Летом они добирались и до относительно северных городов, зимой кочевали всё больше по югам Российской Империи, поскольку снимать помещение в Румынии, откуда у них корни растут, были не привыкши, не было в Румынии обычая постоя. Надо сказать, котлярский бизнес отлично процветал и при СССР, с учётом постоянного дефицита разного рода предметов необщественного хозяйства. Более того, цыганские артели освоили и работу с колхозами и заводами, производя для них по договору мусорные и кухонные баки, подносы для столовых, баллоны и прочую несложную, но нужную фигню. Отдельные умельцы, если верить рассказам, даже умудрялись делать крышки для закатывания банок (в отличие от влахов, которые эти крышки сначала где-нибудь оптом скупали, а потом уже перепродавали втридорога) на радость хозяйкам.

Котляр за работой. 1989 г. Фото E. Доманского.

Русские же цыгане, как известно, постоянного всеобщего ремесла не имели (разного рода хоровых, военнослужащих и рабочих в расчёт не берём, с ними, кажется, всё ясно без специальных объяснений, и к тому же, это были тогда ещё не особо распространённые профессии).

Русский цыган-коновал. Этнографическая зарисовка XIX века.

Чем же, спросите вы, зарабатывали цыганские мужики? А вы напрягитесь и вспомните русский фольклор. Нет, я не про киднэппинг. Так, а весёлые вдовушки, это уже скабрёзность и вообще «гусары денег не берут!». Ну? Ну-ну-ну?!?! Правильно! Цыгане продавали лошадей!!! Даже дворянам и государству (для армии). И были это именно русские цыгане.

А чтобы торговать лошадьми, их нужно держать и разводить. Красть тоже, конечно, забавно, я это отдельным постом раскрою, но русские люди, в общем и целом добрый народ, за украденную лошадь вообще-то убивали, потому как нет лошади — помрёшь с голоду. Так что если бы цыгане, постоянно живущие бок о бок с русскими, занимались бы в основном конокрадством, да ещё притом преимущественно у крестьян, то их бы сейчас уже не осталось. Так что как-то больше разводили... Даже если семья была слишком бедная, или мужик ленивый, и лошадей на развод не было, то для кочевья всё равно нужны были кони — возок с пожитками тащить, так что онив любом случае в семье были. Чистили-мыли-выпасали их (причём хорошие хозяева вскакивали посмотреть, как там кони пасутся, даже ночью, несколько раз), соответственно, мужчины. И лечили — мужчины. Если вы думаете, что лечить лошадей приходится редко, то вы просто не знаете, что летом их любят кусать огромные мухи, отчего на шкуре появляются болячки. Вот эти болячки надо было обрабатывать каждый день (или так считалось, что надо), чистить — тоже каждый день. А ещё надо было чинить конскую упряжь и время от времени — возок, без которого ни с места ни сдвинуться, ни шатра не поставить. Хворост приносили подростки, а вот «брёвнышки» покрупнее, для костра или шестов, рубили мужики, они же обрабатывали шесты, полируя их. Мужики ставили шатёр и складывали шатёр (а у русских цыган это не две палки воткнуть, а хитрое и сложное сооружение на основе телеги), причём, если в таборе были вдовы или сироты-подростки, не только себе, но и им. А ещё, кстати, в таборах частенько держали свиней, их содержание тоже было на подростках — а вот когда уже свинью пора было забивать, звали мужчину. Большим грехом считалось при убийстве животного на мясо его мучить, так что старались всё сделать быстро и аккуратно, и купленных на праздник коров — не знаю, как свиней — перед убийством оглоушивали.

Русский цыган с хомутом. Документальный кинокадр 1931 года.

И вот если не считать постоянной возни с лошадьми, упряжью, всякой хозяйственной починки, рубки дров, возни с документами и местными властями, ярмарочного торга (а это ты на целый день уезжаешь и стоишь там со своими конями), помощи с детьми (этого цыганские мужики не гнушались, надо сказать) и межсемейных переговоров, то жизнь цыганского мужика действительно была сплошным отдыхом и паразитизмом — спи-отдыхай, на гитаре играй!

Кадр из фильма «Последний табор». 1935 год.

Время от времени цыганским мужикам приходилось также подрабатывать возкой дров и пахотой. Что вы тут в обморок падаете? Пахотой, говорю. Это и была настоящая причина, почему цыгане становились на постой в основном у вдов — чтобы расплачиваться не деньгами. Вдовам мужской руки-то не хватает — я уж молчу про сарай подправить и посеять хлебушка, а пахать-то надо, на земледелии жизнь в деревнях держалась. Вот и заключался бартер: цыганская семья ко вдове на постой, а взамен по весне крестьянка получала конский навоз (не морщитесь, это вообще-то удобрение, оно при земледелии имеет ценность) и вспаханные поле-огород. Именно от традиции постоев русские цыгане переняли привычку к полотенцам, постельному белью, самоварам и бане, а также в отдельных случаях навыки типа вязания-вышивания. А они-там-в-Европе спрашивали — как научить, как приучить?! Личным примером, ребята, личным примером, педагогика более эффективного способа не знает.

И — да не закидают меня тапками котляры — но их предки из-за отсутствия традиции постоев переняли все те же привычки значительно позже. Что не отменяет их общей уважаемости с моей стороны.

Цыгане на рынке в Волгограде. 1967 год.

Кроме рутинных хлопот и ярмарочных торгов, на мужчине также лежала забота об имидже семьи. Это значит — опосля торгов, когда его русские товарищи шли в кабак праздновать, цыган тоже пропускал чарочку, обмывая успех, а затем со вздохом покидал компанию, утешая себя мыслью, что «водка горькая, жена сладкая», и начинал прочёсывать ряды, покупая всякие необходимые для хозяйства и рейтинга семьи вещи, как-то: сапоги себе (женщины очень долгое время ходили почти исключительно босиком!), конскую упряжь, ткань для шатра (лоскутки шли шатру только на украшение, потому что шатёр должен был не пропускать дождь, для этого нужна была плотная хорошая цельная ткань, и менять её приходилось не менее раза в год) и разные оглобли-самовары при необходимости, платки-бусы-серьги-кольца женщинам и девушкам семьи, а также гостинцу ради гребни, отрезы на одежду и сладости (если в семье были лад и любовь). Конечно, бывали мужья и нерадивые, и пьяницы, но именно вышеперечисленного всё цыганское общество ждало от мужика, и средний мужчина старался эти ожидания оправдывать. Всё это везлось домой, где в обмен на выполнение своих обязанностей мужчина вправе был ожидать вполне определённой реакции от домочадцев: те обступали его кружком и хором благодарили, радовались и умилялись. Вся сцена грела сердце мужчины, и он валился дальше отдыхать и паразитничать на свою любимую перину, умиленно наблюдая, как дочери-сёстры-жена ходят по табору, нарочито демонстрируя обновки, и чувствуя себя невперённо крутым мужиком. Правда, сначала ему ещё надо было распрячь-накормить-почистить-расчесать коня (не пешком он возвращался, не пешком), а так всё, главная обязанность выполнена.

Кстати, одежда женщин и детей особо на имидж семьи не влияла. Лохмотья на детях считались нормой жизни, потому что «на них всё горит» (кто знает цыганят, подтвердит, что на них и сейчас всё горит), а у женщин одежда очень быстро снашивалась от частой (ведь целый день в пыли по дорогам и улицам) грубой стирки золой, залатать всё часто не было никакой возможности. При этом всё равно женщины старались держать марку, и одежду при изготовлении обязательно старались украсить: пуговками, оборками, бантиками, тесёмками. Шатёр также украшался, и даже круче, чем в сериалах и фильмах, потому что истинный облик киношники стремаются повторять — слишком уж театрально, зритель скажет: «слащаво!». Русские цыганки украшали шатры не только яркой каймой и сборками навеса, но и теми же бантами-лентами-фестонами-кисточками, вот так. А вы говорите — «Табор уходит в небо» слишком красочный, ага!

Кадр из ленты «Последний табор» (1935 год).
Фильм игровой, но палатка, украшенная фестонами — настоящая.

Далее, в обязанности цыганского мужчины входила подготовка к зиме. Сюда входил не только поиск места для постоя, но и добыча сена (обычно выпрашивали, так или в обмен на что-то), срочная продажа «лишних» коней (в крестьянскую конюшню больше трёх-четырёх не поставишь, а могло быть их и семь, и у восемь у одного хозяина) и покупка шуб-полушубков-тулупов на всю семью (для лёгкости передвижения по весне эти лишние в походе вещи продавались).

Кроме шестов, сами цыгане делали только кнуты, зато как делали: узорчато, сложно, от кнутовища и до ремня. Кнут был священным мужским предметом, женщина его даже коснуться не могла. Он был гордостью и украшением мужчины, он был дорогим подарком от старшего цыгана — младшему, его могли отдавать в придачу к коню — и такая «придача» здорово поднимала коню цену. Более того, кнут был вместилищем торговой удачи, своего рода талисманом!

А всё оставшееся от вышеперечисленного время, напомню, цыган действительно пользовался своим правом отдыхать и ничего не делать.

***

Как же изменилась жизнь мужчины в цыганском обществе после оседания?

А очень по-разному.

У котляров она изменилась несильно. Многие из них продолжают работать с «жестью», другие расширили традиционные профессии до возни с автомобилями и ресайклинга металлолома (сбора по улицам или списанного с заводов и дальнейшей продажи-починки-сдачи). В связи с этим припомню очень понравившуюся фразу от котляров:

— Зря руска рома рожу-то кривят, металлолом — дело хорошее, им вон и пионеры занимались.

Стало считаться особым шиком, чтобы семья жила полностью за счёт мужчины, теперь это считается признаком особой крутости и профессиональной успешности. Жена-гадалка — отныне признак бедствующей семьи, с необоротистыми мужчинами. При этом на сторонний взгляд кажется, что мужики — трутни трутнями, ведь они нигде не работают, а за металлоломом или с баками-корытами не каждый день ездят.

У русских цыган изменение роли мужчины пошло по двум разным сценариям. Когда стало незачем делать шесты и некому чистить шкуру, в одних семьях мужики нашли аналоги этим занятиям и стали «мужской рукой в доме», а также продолжали зарабатывать деньги в семью, только уже новыми способами (сейчас круг профессий русских цыган очень широк, как правило, это работы, требующие не более чем среднего образования, но поскольку в XX веке появились и цыгане с высшим образованием, то можно встретить инженеров, скульпторов, врачей и теде и тепе). В таких семьях мужчина на данный момент является основным добытчиком, хотя и женщины часто работают. Не работают, как правило, у бизнесменов (имеющих в анамнезе предков — крупных барышников... семейная жилка).

Цыгане. 1984 год. Фото: Борис Мужамедзянов.

 

В других семьях мужики спокойно сказали:

— Шатров нет, коней нет, так что делать мне нечего, могу весь день лежать кверху пузом!

И лежат, а вы что думаете. И сыновей так воспитывают. Что характерно, именно в этих семьях крайне остро стоят вопросы домашнего насилия (не имея другого способа реализоваться, проявить своё превосходство над женщиной, жён бьют смертным боем и держат в ежовых рукавицах гораздо круче, чем в семьях первого типа, женские нужды и желания ни во что не ставят), а также именно такие семьи поголовно криминализовались либо маргинизировались в дикие 90-ые,

По счастью, в наше время молодки стали соображать, что такой образ семейной жизни — не единственно возможный, и массово покидают граждан хулиганов, алкоголиков и тунеядцев в пользу мужчин первого типа или даже простой женской свободы.

На том позвольте откланяться. Надеюсь, вам понравилось!

п.с. Если кто начнёт спрашивать «А кузнецы-то, кузнецы-то где?» — а кузнечеством занимались в России сэрвы и влахи, но о них я не стала, потому что их бабушки мне пока не попадались. Зато русских цыган в России больше всего.