КАРЛ РУДЕВИЧ
 

 

Карл Рудевич - видный деятель культуры из числа латышских цыган. Его знают как писателя и поэта, а также самодеятельного художника. Он принимал участие в создании цыганско-латышского словаря. Мы хотим познакомить вас со стихами из сборника "Karlis Rudevics. Gleznas. Dzeja. Domas. (Riga, 2005)". Поэзию Рудевича отличает глубина чувств и тонкий лиризм. Эти стихи очень красиво звучат на лотфитском диалекте цыганского языка. Дословные переводы любезно согласился сделать Лев Черенков.

 

Пу да пхурдыня шталитка
Духая сыр тэ традав,
Тэ да фаны бэнзинытка
На камава тэ сунгав.

Ан урдэн, кай кханд кхасытку,
Грасторэс камав задав
Тэ ан дыйс да бисандытку
Балваляса тэ урняв.

Мы хальвав мэ личикэнца
Сыр му грай локхэс прастал,
Плывиндуй парнэ гривэнца
Друху вэш джиду лыджал,

Кай сы хорос чириклитку,
Кай кхандэна лулуджя,
Кай рисэла чар пухитку,
Мы чалюн мирэ якха.


 

На этих стальных машинах
Как надоело мне ездить,
И эти бензиновые запахи
Не хочу нюхать.

В телегу с ароматом сена
Лошадку хочу запрячь
И в этот весенний день
Ветром полететь.

Пусть почувствую моими вожжами,
Как легко бежит мой конь,
Проплывая с белыми гривами,
Через живой лес везёт,

Где птичий хор,
Где пахнут цветы,
Где колышется пуховая трава -
Пусть насытятся мои глаза.

 

Примечание! В стихотворении несколько неологизмов, почерпнутых у Лексы Мануша, которые не употребляются в живой речи лотфов: фанус "воздух", (вместо латышского по происхождению гайсус), бисанд "весна" (вместо латышского павасарис), лулуджи "цветок" (вместо латышского путя).

 

Бэрша ухтэна сыр грая пу воля,
Нэ мирэ джестыр пхурипэн нашэл:
Мануш пхурьюла - ясай лэски доля,
Нэ джи тэ дуфи пхурэ на ячхен.

Ан шталвардэш тэ вар, ан майя панджту
Панджшэл ромэн дай сасы лыджинэ
Тукуматыр, на пхучи кон сан ту,
Тыкнэстыр жынк бару карье дынэ.

Фэню балвал ровэла бэльвэленца,
Тэ екх кашта ґуче ясва чхорэн -
Лолэ сыр рат запэчину смолэнца,
Тэ чириклэ рачяки ґонджинэн,
Град ракирна романэ духэнца
Ку Валгумакиру ежэрус



 

Годы резвятся, как кони на воле,
Но из моей души старость убегает:
Человек стареет - такова его доля,
Но душа и мысли старыми не становятся.

В сорок втором пятого мая
Пятьсот цыган сюда немцы привели
Из Тукумса, не спрашивая кто ты,
От мала до велика расстреляли.

Только ветер плачет вечерами,
И лишь деревья высокие слёзы льют
Красными, как запекшаяся кровь, смолами,
И птицы ночные стонут,
Словно разговаривают с цыганскими духами
У озера Валгума.


 

Бах(т) - дова, пу свэтус ке дживэса.
Бах(т), ке дыкхэса со сы дживипэн.
Бах(т), ке камэса. Бах(т), ке дуфинэса.
Бах(т), ке Дэвэл ракхэл амэн сарэн.

Счастье - это то, что на свете живёшь.
Счастье, что видишь что есть жизнь.
Счастье, что любишь. Счастье, что мыслишь.
Счастье, что Господь хранит нас всех.

Джи роману, со друх сабэн ровэса
Тэ дукх бари ан пэстэ рикирэс?
Джи роману, ан дур дрома кхарэса,
Нэ со родэса дой - нашты тэ пупхэнэс…

Цыганская душа, что плачешь сквозь смех
И большую боль в себе держишь?
Цыганская душа, в далёкие дороги зовёшь,
Но что ищешь там - не можешь ответить…

Чучхес чхибаса со марэс?
На шар-пэс ромэнгэ!
Амэ рома на фэню грэс
Пинджькирас дандэндыр.

 

Впустую языком что молотишь?
Не бахвалься перед цыганами!
Мы, цыгане, не только коня
Распознаём по зубам.


 

Тэ ром камэла дадыйс ангил лэстэ
Чисту, бигрэхитку тэ ёвэл.

Пудова да лазныца кэрэла -
Тхува бовэстыр джян ан болыбэн,
Ан латэ джи ёв пэску виморэла
Тэ сару мукхэла пхарипэн,
Тэ сыр нэвэстыр - вар молос лочёла.
Брэзэндыр тэ духустыр град мату
Тал черґиненги колдра ёв пашула
Сыр бигрэхитку чхаворо тыкну.

 

И цыган хочет сегодня перед ним
Чистым, безгрешным быть.

Поэтому эту баньку делает -
Дым из печки идёт в небо,
В ней душу он свою вымоет
И всю оставит тяготу,
И как снова - второй раз родится.
От берёзы и её духа словно пьяный
Под звёздным одеялом он спит
Как безгрешный мальчик маленький.

 

На дыкхэла свэтус тыри дукх,
Нэ хота свакун захалюла -
Ла хоч набут ту варэскэ мукх,
Тэ дукх пудыкх сыр нашаджюла!

 

 

Не видит мир твоей боли,
Но радость каждый поймёт -
Её хоть немного ты другому оставь,
И боль посмотри как исчезнет.


Ташарла тэ сунэ

Пудыкх, ужэ ташарла сы -
Глоса пхэрдэ кана.
Ушчя 'прэ дыйс. Ах, саву дыйс!
Отмукх ман, рат, кана!
Тэ доши ман тэ мачькирэс
Пэски сунэнца, ке дывэс
Кхамитка грэн аури традэл
Тэ тэ дживэс кхарэл.


Утро и сны

Погляди, уже утро -
Голосами полны уши.
Поднялся день. Ах, какой день!
Отпусти меня, ночь, теперь!
И достаточно меня опьянять
Своими снами, ибо день
Солнечных коней выпускает
И к жизни зовёт.