В.Юрьев. Дворянское гнездо.
 
 

 

Она кухарке погадала
И двум служанкам заодно.
Он книгу отложил устало
И поглядел мельком в окно.

Краюха хлеба, сала ломтик,
Да два истёртых пятачка -
Награда за её сноровку.
И ум. И бойкость языка.

"Пресьоза русского разлива?-
Усмешкой искривился рот, -
А впрочем, молода, красива.
Наверняка неплохо врёт".

- Эй, подойди!
- Да это барин!
Иди же…
Дворня замерла.
Улыбка.
И цыганка ближе
Неторопливо подошла.

Большая торба. Шаль цветная.
В линялой юбке вырван клок.
Густая грива тень бросает
На кольца золотых серёг.

- Ты, видно, человек хороший,
Да только мягкий и простой.
Не по себе взвалил ты ношу,
Расстался с девицей-красой.

"От баб узнала?
Или вправду
Она умеет ворожить?"
А голова уже кружилась
И снова захотелось жить.

Смуглянка бойко верещала,
Но он уже не слышит слов,

И по её босому следу
Идти до табора готов.

Они поженятся…
Со свадьбы
Полвека с лишним
Пролетят.
А в девятнадцатом
В усадьбе
Их расстреляет
Продотряд.

1993 г.

Н.А.Ярошенко. Гадалка у окна. Х.,м. 1886 г.

Стихотворение о романе между таборной девушкой и русским дворянином прислал нам из Петербурга В.Юрьев. При всей романтичности сюжета, нечто похожее действительно произошло в русской истории. В XIX веке в Омске кочевая цыганка вышла замуж за богатого золотопромышленника. Они прожили вместе долгую счастливую жизнь, вырастили сына и выдали замуж внучку. Даже умерли супруги в один день - их расстреляли красные после взятия города... Иллюстрацией к стихотворению мы выбрали картину художника-передвижника Н.Ярошенко. Это полотно как будто нарочно изображает завязку истории - когда кочевая смуглянка впервые подошла к окну своего суженого.