Особенности традиционной культуры
 

 

ТРАДИЦИОННЫЕ ЗАНЯТИЯ

Традиционные хозяйственные занятия заметно отличают одну этнографическую группу цыган от другой. Цыгане этнографической группы кэлдэрары известны как ремесленники - мастера по изготовлению котлов, лудильщики, кузнецы. Как мы отмечали, даже названия этой этнографической группы цыган котляры, кэлдэрары происходят от названий традиционного ремесла - изготовления котлов. Цыганское ремесло было востребовано во многих странах, где проживали цыгане-ремесленники. Мобильность таборов, ориентация на сельских жителей, которые всегда больше нуждались в этих товарах, позволяли им находить свою нишу в экономической системе.
Сами молдавские цыгане г.Перми также считают традиционным своим ремеслом работу по металлу. Ремесло было исключительно мужским занятием. Разделение труда на мужской и женский до настоящего времени сохраняется в таборе. Навыки работы по металлу передавались из поколения в поколение, от отца к сыну. И сегодня в таборе можно услышать слово «лудильщики», когда молодежь рассказывает о своих предках. В дореволюционной России лудильщики ориентировались в основном на личное хозяйство, где ремонтировали ведра, баки и другую металлическую посуду. В советское время заказчиками чаще всего становились колхозы, совхозы, другие предприятия, преимущественно легкой промышленности. Лужением посуды продолжали заниматься еще в 1980-е годы. О технологии и особенностях работы достаточно полно рассказывают информаторы: «Я приехал на хлебокомбинат дежи (емкости для теста. - А.Ч.) делать. А дежи большие, на 330 литров. Директор меня спрашивает: “Ты такой молодой, лет двадцать, а будешь мне такую работу делать, будешь лудить?! У меня до тебя такие мужики были с бородами, они только бороду завязывали тряпкой и на костре лудили”. Я ему говорю: “Я у этих стариков учился”. Он не поверил мне. Договорились: по 10 копеек за литр, вся дежа - 33 рубля. А директор говорит: “Если ты, такой молодой, сделаешь, я тебе по 20 копеек заплачу, а нет – выгоню!” Дал мне самую плохую дежу, вся в коррозии, все проедено, но дырок нет. И взял я эту дежу, начал ее кислотой мыть. Сначала делаешь кислоту, чистую кислоту, ставишь ее на костер, она греется. Берешь палочку и войлок от валенка, делаешь как помазок. Его не разъедает, он долго служит. Этим помазком обмазываешь, кислота съедает всю ржавчину. Потом берешь цинк, берешь кислоту, ставишь цинк туда, зажигаешь спичкой, горит. Получается нашатырка. Обводишь этим нашатырем и выводишь оловом. Дежа нагревается, и чиркаешь этим оловом. Олово тает, тряпочкой водишь, и все. Она готова. Я лудил дежу 6 минут. Потом взял, порошком омыл это олово, она стала блестеть на солнце. А зимой холодно, я положил ее на ящик и на солнышко, как абажур. Она светится. Все цыгане-котляре были лудильщиками».
Кроме лужения, цыгане занимались и изготовлением котлов, различных емкостей для воды, железных оградок, кипятильников. В советское время, как правило, работали по договорам с колхозами либо сдавали готовую продукцию в райпотребсоюзы. Для работы у цыган не было специальных мастерских. Лужением занимались на улице. Котлы и бачки готовили дома, куда заносили наковальню и все необходимые инструменты: зубила, ножницы по металлу, молотки и др.
Род занятий определял и характер расселения цыган данной группы, таборы которых в настоящее время сосредоточены по преимуществу в городах, областных центрах. Сами цыгане так говорят об этом: «По области (Пермской. - А.Ч.) наших молдавских цыган нет, потому что невыгодно жить в каком-то городишке, районе. Ну, одному колхозу что-то сделаешь, другому, все равно надо куда-то ехать. Получается, что, как раньше, надо кочевать, переезжать из города в город. А так мы живем в центре, в городе, можем ездить по каждому району. Сегодня поехал в Кунгур, завтра - в Суксун».
В последние годы потребность в подобного рода изделиях кустарного производства практически исчезла. Однако традиционная специализация накладывает отпечаток и на современный цыганский бизнес. Молдавские цыгане г.Перми продолжают работать по договорам с колхозами, поставляют им трубы, другую металлическую арматуру, закупленную в Перми, в обмен на продукты сельскохозяйственного производства, которые сдаются в магазины и на рынки. Бизнес в среде молдавских цыган - исключительно мужское занятие.

 


Традиционным женским занятием до настоящего времени остается гадание. «Это наш труд, это наш хлеб», - отвечают на вопросы о своем занятии цыганки. Пермским цыганкам известны различные приемы гадания, многие из которых достаточно хорошо описаны в литературе.1 Наиболее распространенной формой уличного гадания является обычный наговор по руке или при помощи зеркала. Цыганский наговор при гадании - это набор устойчивых словесных формул, варьируя которые, в зависимости от клиента, цыганка и строит свое гадание. Многое зависит и от таланта самой гадалки, от ее умения импровизировать, ее красноречия, способности увидеть человека, нащупать его слабые стороны. Вот как описывает такой способ гадания одна старая цыганка: «Я его остановлю. Скажу ему: “Я тебе заметила два дела, хочу тебе сказать”. Он остановится, верит мне. Я ему гадаю, чтоб было добро, было счастье, чтоб ему повезло в семейных делах, чтоб не было неприятностей. Я ему говорю, он мне верит. Не каждый дается на гадание. Ты думаешь, деньги возьмешь, и все? Нет, надо словами убедить человека, надо сказать ему добрые слова, чтобы ему понравилось, попало в сердце, чтобы узнать, что неприятное у него есть. Есть беда, есть расстройство, если попадешь на его больное место, он тебе верит. А не попадешь - не верит. Это не просто так, здесь талант нужен. Пожилым цыганкам больше верят, к ним больше идут гадаться».
В гадании с зеркалом клиенту дается зеркало, которое он держит в руке. Цыганка предлагает ему задуматься, и, смотря в зеркало, произносит все тот же известный наговор. Когда принимали клиентов дома, могли пользоваться и другими способами гадания: гадали по картам, выливали в стакан с водой содержимое куриного яйца, прибегали к «цыганскому фокусу» с шумящей водой. Тряпкой накрывали стакан с водой так, чтобы поверхность платка, прикрывающая стакан, смачивалась водой. Затем концы платка стягиваются вниз, стакан переворачивается. Цыганка подставляет стакан к клиенту, и вода «шумит». При этом цыганка заранее предупреждает, что все будет хорошо, если вода закипит.
Среди цыганок есть разные мнения относительно того, какой клиент лучше. Кому-то больше нравится гадать мужчинам. В случае разоблачения цыганки мужчина никогда не закричит, не забьется в истерике, как это часто случается с женщинами. Другим больше нравится гадать женщинам: «У них всегда есть проблемы, да и женщине женщину понять бывает проще». Считается, что хорошо гадать сельским жителям - они более доверчивы, чем городские.
Девочек приучали к женскому ремеслу уже с раннего возраста. С 10-12 лет взрослые женщины уже брали их с собой, где ими и осваивались навыки традиционного гадания.
В научной литературе уже давно высказано отношение к цыганскому «профессиональному» гаданию: «Любой, желающий избавиться от лишних денег, может обратиться к “первоисточнику”».2 Сами цыганки также легко рассуждают по этому поводу: «Не обманешь - не проживешь, но воровать - не воруем. Если хочешь гадаться - будем гадать, но сами в карман не полезем. Жить надо, воровать не пойдешь, он дает - ты берешь». С другой стороны, цыганское гадание всегда выполняло определенные социальные функции. Если бы оно не было востребовано обществом, вряд ли бы оно прижилось и продолжало бытовать на протяжении столетий. Кто-то обращается к цыганкам в силу праздного любопытства (ведь желание заглянуть в будущее есть у каждого человека). Кто-то по причине перенесенного горя, житейских трудностей, находя в цыганском гадании утешение, психологическую помощь. Верят словам цыганок, желающих им добра, счастья, благополучия. К тому же цыганки в нашей стране уже давно обрели романтическую репутацию профессиональных гадалок.
В последние годы гадание претерпевает определенные изменения, обусловленные временем. Молдавские цыгане - единственная в г.Перми этнографическая группа цыган, которая сохраняет это традиционное занятие. Русские цыгане, в прошлом также специализировавшиеся на гадании, сегодня почти не гадают, они освоили другие сферы профессиональных занятий. Но даже и у молдавских цыган сегодня далеко не во всех семьях женщины ходят гадать, редко на улицах можно встретить вместе с женщинами девочек. Сами цыганки отмечают, что девочек уже не учат, как раньше, ремеслу гадания: «Сейчас девочек уже не всех гадать учат, это уже отошло, раньше было, да». Еще одна из причин ослабевающего интереса к цыганскому гаданию - появление множества «конкурентов» в лице экстрасенсов, колдунов, профессиональных гадалок.

Из полевых наблюдений
Из всех цыганских занятий всегда наибольший интерес вызывает гадание. Взгляд на это женское занятие в таборе двоякий, есть мужская точка зрения и женская. Женщины обычно относятся достаточно серьезно - для них это ремесло, заработок. Однако сами они при этом отмечают, что часто «заработок» бывает очень и очень мал: «Сейчас знаешь, какой народ пошел, опытный стал, редко его остановишь». Мужчины относятся к этому ремеслу несколько иначе: «Не принесла ничего, Бог с ним, принесла - хорошо». Некоторые считают, что кто-то ходит гадать и в силу привычки: «Если она привыкла, ее ничем не сдержишь, это как привычка. Курить ведь бросить не можешь, так и тут». Другие отмечают, что женщины таким образом «отдыхают» от домашних забот: «Если она туда пошла, она там отдыхает от кастрюль, общается».
Множество смешных случаев рассказывают женщины о своем гадании: «Бывает, гадаешь, и вместо одного нужного слова сказала что-то несуразное, а цыганки все знают, что надо было говорить, начинается смех. Я сказала не то, что хотела. Бывает, идешь по улице, а цыганки смеются, катаются от смеха, даже падают. Такое часто бывает».
Есть в таборе гадалки, к которым обращается и «высокая» клиентура. Известно в таборе предание, что нынешний губернатор Пермской области Ю.П. Трутнев когда-то обращался к цыганской гадалке и именно она предрекла ему, что «станет он большим начальником».
Однако, кроме профессионального, существует и другая форма гадания - «гадание для себя», гадание в случае затруднений в таборе, необходимости решения определенных вопросов. В цыганской культуре во всем существует разделение на «свое» и «чужое». Так же и в гадании: к гаданию для других цыгане относятся как к профессиональному занятию, к гаданию для себя - очень серьезно и, в отличие от профессионального, верят в него. К таким формам «внутреннего» гадания относятся святочные гадания молодежи, по которым стараются определить свое будущее. Прибегают к гаданиям на картах, к другим способам, о которых, правда, цыганки говорят неохотно. И если гадать для заработка научены все женщины, то гадание «для себя» - удел немногих.
Нам не раз рассказывали истории, когда прибегали к гаданию «для себя». Вот один из интересных рассказов: «Раньше про нашу бабушку много рассказывали, она была большим человеком. Один раз она потеряла своего сына, он уехал на заработки и не приехал в срок. Оказалась, что на него упала крыша и он попал в больницу, а потом он оттуда сбежал и жил у одной слепой бабушки. Никто не знал, где он. Бабушка начала гадать, она всю ночь гадала, а потом сказала, что он живой и лежит. Сказала, что она плохо видела, но лежит он в доме, и какая-то женщина старая и слепая. Прошел день или два, и от него пришла телеграмма. Она съездила, вылечила его и привезла в табор».


КОЧЕВАНИЕ

В прошлом цыгане-кэлдэрары вели кочевой образ жизни. Традиционным транспортным средством, как вспоминают старожилы, была кибитка или бричка. Так, по-разному, переводят на русский язык цыганское слово урдон. Кто-то отмечает, что кибитки были двух видов: открытые, мало чем отличающиеся от русской телеги, и закрытые - с матерчатым полукруглым верхом. При переезде в кибитку укладывался весь домашний скарб, с внешней стороны закреплялись жерди, составлявшие основу цыганской палатки. В кибитку, как правило, запрягали пару лошадей.
Существовали и определенные правила цыганской дороги. При переезде кибитки шли друг за другом. Обычно в дороге кто-то ехал в кибитке, кто-то шел пешком. При этом принято было идти слева и справа от кибиток, наблюдая, что происходит с той и с другой стороны: «Если идут пешие, то обязательно должны идти и с той, и с другой стороны, и слева, и справа. Наблюдали за детьми. Ты свою сторону держишь, ты свою, чтобы ребятишки не упали, чтобы что-то не потерять....» В плохую погоду в дороге, как правило, все сидели в кибитках. При кочевой жизни цыгане не держали кошек, а собаки, как вспоминают старики, были в таборе всегда.
Дальняя дорога всегда была наполнена тревогой, опасностью, поэтому в цыганской культуре сформирован достаточно богатый пласт мифологических представлений, связанных с дорогой. Отправляясь в путь, совершали определенные ритуалы: «Берем святую воду, помоем себе лицо, ручки. Молимся, надо уговаривать эту дорогу, надо молитву читать: “Господи, помоги нам, чтобы было все хорошо”. Святой водой окропляли коней, окуривали их дымом, обходили с иконой коней и кибитки. Иногда ритуальный обход совершали трижды.
Плохой приметой в пути считалось, если дорогу перебежали кошка или собака. Строго запрещалось переходить перед конем женщине.
В дальней дороге помогали иконы, которые обязательно укреплялись в цыганской бричке. Если кони внезапно останавливались и не хотели двигаться дальше, считали, что «не пускает нечистый». Дорогу могли «закрыть» и души умерших неестественной смертью. В этом случае также читали молитвы, обходили коней с иконами, крестом, выполняли другие магические действия, «чтобы они открыли дорогу». Защититься от нечистой силы в дороге помогал небольшой костер, разведенный из тряпок и «перекрещивание» дороги: «И вот на дороге - нечистый навстречу. По голосу узнаем, что неправильно дело идет, неправильная дорога. Навстречу кони идут, а это не кони, это другое дело совсем. Их звон слышно, их тень видно, а сами стоят на месте. Остановимся, здесь бричка с детьми, с конями, а сами идем вперед. Читаем молитву, зажигаем костер с тряпки, из юбки, платка, фартука, делаем огонь. Перекрестим дорогу: девять шагов и девять крестов кладем. Берем палку с сучком, этот сучок ее (нечистую силу. - А.Ч.) одолеет. Зажигаем, он горит. И кресты кладем на дороге специально, по дороге идем, мажем. Он огня и сучка боится, не пристанет. Такие времена были, такие случаи. Случаев было невидано-неслыхано, но сохранил нас Бог», - вспоминает о кочевье Замбила Георгиевна Кулай.
Выбору места для ночевки также придавалось большое значение. Необходимо было выбрать хорошее, чистое место. Старались никогда не останавливаться близ кладбищ и одиноких могил. Нам часто говорили, что для определения места нужна была одна ночь. По приснившимся в эту ночь снам определяли, остановится здесь табор надолго или будет искать лучшее место.
Определенные ритуалы нужно было соблюдать и при покупке коня. Коня обязательно надо было покупать с уздечкой, чтобы он любил хозяина. Поводья при совершении сделки нельзя было брать голой рукой: «Веревку нельзя брать голой рукой. Надо взять тряпочку, хлеба кусочек. Одной рукой веревку возьмешь, а другой - тряпочку, хлеба кусочек, шапку, что попадется». Чтобы водились деньги, при покупке надо было часть их оставить в кармане: «И деньги чтоб остались в кармане - не все отдавать, не доплати два рубля, рубль, чтоб не хватило, чтоб деньги водились». Уже в таборе купленного коня освящали святой водой, завязывали ему на гриве венчик от сглаза из разноцветных ленточек или цветов, произносили заговор.

Цыганские таборы кэлдэраров в разное время отказались от кочевой жизни. Многие из них, как и цыгане рода рувони, уже в годы Великой Отечественной войны и в послевоенный период не кочевали в кибитках и на конях. Однако по-прежнему сохранялась потребность в перемене места. Как вспоминают в пермском таборе, в годы Великой Отечественной войны кочевали в вагонах. На железнодорожной станции табор приглядывал ненужный вагон, поселялся в нем. При необходимости переезда просили машиниста проходящего поезда или начальника станции прицепить вагон к составу. У понравившейся станции вагон отцепляли, и цыганский табор останавливался до следующего переезда. Так во время войны табор исколесил по железным дорогам весь Советский Союз.
В послевоенное время передвигаться предпочитали на машинах: «Мы ездили на машинах, нанимали из гаража машины. Например, надо выехать из Перми в Ижевск, в Глазов, в Сарапул, нанимаем машину, переезжаем».
Упоминавшееся нами постановление 1956 г. создало дополнительные сложности для цыганской кочевой жизни. Многие цыганские таборы постепенно переходили к оседлости. Однако и это происходило не сразу: «После указа мы перестали переезжать каждый год, два-три года жили в одном месте, потом меняли города. А потом стали ездить очень редко. В 70-е гг. - начале 80-х мы уже перестали ездить, в 1979 г. осели здесь, в Перми. Теперь, если мне нужно где-то выполнять работу, я приезжаю не с семьей, как раньше, а езжу один, заключаю договор, приезжаю домой, выполняю эту работу».
В настоящее время практически все таборы цыган-кэлдэраров России отказались от традиционного кочевания и перешли к оседлости. Как отмечают наши информаторы, «не слышно, чтоб где-то в России молдавские цыгане кочевали, если бы они кочевали, мы бы знали».

Из полевых наблюдений
Сегодня о настоящей кочевой жизни на лошадях, в кибитках, в таборе знают немногие. А если и знают, то только по рассказам своих отцов, дедов и прадедов. Сегодня кочевая жизнь - это уже цыганская история. Привычка к смене места жительства еще сохраняется в старшем поколении, которые часто сетуют: «Вот, живем на одном месте, а кочевать-то охота». Бабушка Замбила, например, вспоминая о далекой молодости, оговаривалась: «Эх, мне бы сейчас коня да бричку! Не сидела бы я на месте, кочевала».
Некоторые представления, связанные с дорогой, сохраняются и в настоящее время, хотя цыгане уже давно предпочитают ездить на современном транспорте, чаще всего на машинах. Так, нам рассказывали случай об аварии на автомобильной дороге: «Недавно, годов пять назад, ехали в Свердловск. Перед нами человек едет, а мы сзади едем. И машина так перевернулась с ним, и он не может из машины выйти. А мы остановились, машину поставили, его вытащили. Нехорошее место. Я взяла бутылку воды, стала лечить парня на этом месте, где он перевернулся. Я читала ему молитву, омыла его, помолилась. Ну, теперь иди с Богом».


ТРАДИЦИОННОЕ ЖИЛИЩЕ

Традиционным жилищем молдавских цыган была палатка-шатер цэра. Русское «поставить палатку» на цыганском языке звучит несколько иначе: анзар цэра - расстелить палатку.
Об устройстве палатки, ее конструктивных особенностях нам рассказал Гранчо Додович Буцо (1941 г.р.). В 1950-60-е годы основу палатки составлял каркас, выполненный из девяти жердей. Шесть жердей укреплялись вертикально, а три служили горизонтальными верхними перекладинами. Вертикальные жерди ставились по три с двух торцовых сторон будущей палатки. При этом центральная жердь была выше боковых. Вертикальные и горизонтальные жерди крепились друг к другу веревками. Чтобы концы жердей не рвали тент, в углы прокладывали старую одежду, другие бытовые ткани. Поверх каркаса накидывался тент, который при помощи колышков растягивался и закреплялся на земле. Вход в палатку устраивался с одной из торцовых сторон, между центральной и боковой вертикальными жердями. Жерди, составлявшие каркас-основу палатки, имели свои названия. Верхние жерди-перекладины назывались беранд, жерди-стояки - коверка, коверчи.
Вспоминают в таборе и о более старой и простой конструкции палатки, которой пользовались в довоенное время. Основу палатки составляли две наклонные жерди с торцовой стороны, перекрещенные в верхней части, и одна горизонтальная жердь-перекладина .
Установление шатра-палатки было мужским делом. Считалось, что женщина не должна ставить палатку. Одинокой женщине палатку ставили мужчины табора.
Интерьер палатки 1950-60-х годов выглядел так. У входа в палатку-шатер, возле высокого шеста, ставили железную печку (буржуйку), трубу которой выводили в отверстие у шеста. На противоположной от входа стене размещали иконы. На стене развешивали ковер, иногда ковры были и по боковым сторонам палатки. Ставили небольшой стол. Для трапезы обычно рассаживались на полу, скрестив ноги по-турецки. Пища готовилась либо на костре вне палатки, либо на железной печке внутри нее. Если в семье был ребенок, к центральному горизонтальному шесту подвешивали детскую зыбку. Спать ложились на полу. Отдельное место в палатке отводили молодоженам. Их укладывали спать у входа в палатку и отделяли палатки занавеской. Считалось, что свекор со свекровью не должны были видеть постель молодых, поэтому молодожены ложились последними, а вставали первыми.
При переезде перины, подушки, постель, другие предметы быта складывались в большие мешки (пучоко). Жерди основы палатки крепили к кибитке, укладывали на машины.
В 1950-60-е годы традиционные палатки использовались только в качестве летнего жилища. Климатические условия России в зимний период заставляли молдавских цыган, так же как и русских цыган, нанимать квартиры, устраиваться на постой в колхозные бараки.
В 1979 г. цыганские палатки можно было увидеть в микрорайоне «Чапаевский», пока строились деревянные дома. И сегодня палатку-шатер некоторые семьи используют иногда в качестве летнего жилища.
Современным вариантом жилища являются дома, построенные из бруса или кирпича. В застройке цыганского табора прослеживается этническая специфика. Сохраняется беспорядочная застройка, когда дома ставятся в произвольном порядке как друг к другу, так и относительно улицы. Такая планировка повторяет традиционное расположение цыганских палаток. Дома не имеют двора, нет здесь и других хозяйственных построек. Обычный дом представляет собой сруб из бруса с двускатной крышей. В домах обычно нет крыльца и сеней, с улицы сразу попадаешь в жилое помещение. В некоторых местах застройка повторяет уличную планировку микрорайона.
Специфика уклада традиционной кочевой жизни сохраняется в настоящее время и в интерьере жилища. На стенах, как и прежде, много ковров, которые часто используются вместо дверей, разделяющих помещения: отодвигаешь полу ковра и попадаешь в другую комнату. В домах не так много мебели, в некоторых семьях предпочитают «по старинке» спать на полу. Противоположный от входа угол в центральной комнате служит для размещения икон. Полка с иконами в доме обычно закрывается небольшими занавесками, потому что, по обычаю, женщине запрещено проходить перед открытыми иконами. Интерьер многих цыганских домов уже утрачивает этническую специфику, и его не отличить от обычной городской квартиры.

Обряды, которыми сопровождаются строительство дома и новоселье, у цыган, ведущих кочевой образ жизни, неизвестны. Однако сегодня при постройке дома под первый венец сруба закладывают монетку, «чтобы в доме хорошо жить, чтобы деньги водились». При переходе в новый дом устраивается обычное застолье.
Сопутствует новоселью ритуал отделения женатого сына от отцовской семьи. В прошлом отделившийся сын ставил свою палатку. В настоящее время ритуал совпадает с заселением в новый дом. При отделении новой семьи приносится жертва, обычно баран, в некоторых случаях - петух. Иногда особо оговаривают, что баран должен быть с рогами и белой шерстью. Перед тем, как зарезать барана, его запускают в новое жилище, обводят три раза по палатке, потом закалывают. Кровью животного ставят крестики над дверью, на стенках: «старые что-то там заговаривают, желают счастья и здоровья молодым». Обычно при этом произносят такую фразу: «Как легко зашел, так чтоб легко и вышел». Сами цыгане говорят: «У нас не говорят, чтобы жил все время в доме, это нехорошо». После совершения ритуала начинается застолье, на котором основные блюда приготовлены из баранины, голова барана также ставится на стол. Молодым, которые отделяются, не разрешается пробовать этих блюд. Гости могут положить в рот барана золотую монетку, сережки. Родители сына за столом должны объявить, какой подарок они делают молодым.

Из полевых наблюдений
Одним из умений цыганской женщины, которое всегда высоко ценилось, было умение танцевать. В том, что цыганки прекрасно танцуют, убедились мы на цыганских праздниках. Редкая цыганка не умеет танцевать. По этому поводу рассказывали нам такое семейное предание: «У нас, если идешь танцевать, и не умеешь, надо было платить штраф. У меня бабушка платила штраф за то, что не умела танцевать. Вот на празднике все сидят, вызывают: “Сейчас пойдет танцевать твоя жена”. Она идет, танцует. У меня бабушка не умела танцевать. Дедушка заплатил штраф, пять золотых рублей, чтобы купить самогон и угостить гостей за бабушку. Это же стыд был раньше, что цыганка не умеет танцевать по-цыгански. Это у нас легенда такая про бабушку».


НАРОДНЫЙ КОСТЮМ

Традиционный костюм этнографической группы цыган-кэлдэраров исследователи относят к наиболее развитым и интересным вариантам цыганской одежды.3
Мужской традиционный костюм в прошлом составляли вышитые и орнаментированные аппликациями куртки и жилетки, штаны, высокие сапоги с узорчатой выделкой. На его формирование оказала влияние венгерская национальная одежда.4 Мужской цыганский костюм к настоящему времени давно уже утратил этнический колорит и ничем не отличается от современного городского костюма. Но многие еще вспоминают о мужских цыганских поясах, кожаных или тканых, вышитых бисером, иногда украшенных металлическими или золотыми бляшками, сапогах с высокими голенищами, широких рубахах навыпуск.
Женская одежда, наоборот, вплоть до настоящего времени сохраняет национальную самобытность. Основу женского костюма составляет традиционная юбка готья. Она относится к несшитым формам одежды и выполняется из прямоугольного полотна ткани, собранного в складку по поясу. Спереди юбка не сшивается. К женской юбке в цыганской культуре существует особое отношение, она считается «нечистой». Обычай не разрешал надевать юбку через голову. По представлениям цыган нижняя часть женского тела считается нечистой, поэтому к цыганской юбке относятся, как к нечистому предмету.5 Этими представлениями объясняются и многие бытовые запреты и предписания. Чтобы не осквернить воду, в прошлом цыганка носила ведро с водой на голове. Если женщина переступала через стоящую на полу посуду, посуда считалась нечистой и выбрасывалась. Жестоким оскорблением для мужчины считалось, если женщина ударила его юбкой.
Поверх юбки надевался фартук кытрынцы, который закрывал разрез несшитой юбки и нейтрализовал ее «нечистость». Покрой фартука также был достаточно простым - прямоугольное полотнище, уложенное в складку по поясу. В современном костюме фартук и юбка часто выполняются из одного материала.
Комплект с юбкой составляет кофта, которая в настоящее время шьется по произвольному фасону.

 

Традиционная прическа и головные уборы сохраняются у замужних женщин. После замужества женщина закручивает волосы на обоих висках в жгуты, а затем заплетает две косы. Эти жгуты на висках называются амболдинари. Эта своеобразная прическа, как отмечают цыганологи, имеет индийские корни.6 Сегодня амболдинари еще можно встретить у пожилых женщин, но молодые цыганки уже не всегда закручивают волосы на висках, а просто заплетают их в две косы. Поверх кос надевается косынка дикло - традиционный головной убор замужней женщины. Прежде чем завязать косынку, ее концы закручиваются. Праздничные дикло отличаются от будничных: их часто украшают сеткой или бахромой из бисера, вышивают блестящими нитями, а в прошлом к таким косынкам пришивались и небольшие золотые монеты.
Традиционными для цыганских женщин считаются украшения из золота.
В прошлом дополнением к женскому костюму был большой платок или шаль. Будучи необходимой деталью костюма, он выполнял и другие функции. Из широкого платка могли устроить небольшую палатку для рожающей женщины, в большой шерстяной платок пеленали новорожденного.
В цветовом решении костюма предпочтение отдается ярким расцветкам, богато орнаментированным цветовым узорам. До настоящего времени существуют и определенные цветовые запреты. Молодухе, недавно вышедшей замуж, до года не разрешается носить одежду желтого цвета. Нежелательным для женского костюма считается и черный цвет.
Несколько отличался традиционный костюм невесты. Раньше традиционный цыганский костюм у невесты лишь дополнялся венком из восковых белых цветов с фатой, к венку часто прикрепляли разноцветные ленты и цветы из бантов. Сегодня цыганскую невесту, так же как и у всех невест, одевают в белое платье с фатой.
Женский костюм молдавских цыган продолжает сохранять традиционный вид. Женщин именно этой группы цыган и сегодня можно отличить по костюму от русских цыган и др. До настоящего времени традиционный костюм изготавливается самими цыганками, часть вещей, как и раньше, шьется на руках. Однако его сегодня носят лишь замужние женщины. Девушкам разрешается носить обычную одежду.

Из полевых наблюдений
Цыгане много и часто курят, как мужчины, так и женщины. Особенно бросается в глаза, когда курят женщины. Традиция курения у цыган давняя. Нам рассказывали, что в прошлом цыганские женщины, особенно старые, курили трубки. Традиции курения в цыганской культуре есть «мифологическое» объяснение. Огонь всегда воспринимался как оберег от нечистой силы. Развести костер, окурить дымом - известный и самый распространенный прием избавления от нечисти. Нам не раз рассказывали, что с помощью трубки, папиросы можно оградить себя от нечистой силы: «От злых духов можно с помощью дыма, с помощью курения отговариваться. Ночью на улице надо беспрестанно курить, чтобы огонь в руке был. Можно всегда вывалить трубку и из этого развести костер».


ЦЫГАНСКАЯ КУХНЯ

Традиционные хозяйственные занятия и кочевой образ жизни не позволяли цыганам заниматься земледелием, огородничеством, разводить скот. Поэтому продукты питания, как правило, приобретались у соседнего населения, а в советское время - на рынках и в магазинах. Традиции приготовления пищи и питания складывались у цыган-кэлдэраров еще до их миграции из ареала формирования этнографической группы, поэтому многие цыганские блюда очень похожи на те, которые известны и другим народам современной Румынии, Венгрии и Молдавии.
Традиционными хлебными изделиями цыган-кэлдэраров были пресные лепешки или колобки пугачо, которые готовились на костре: «Брали тесто, небольшой колобок или лепешку делали, расчищали место, где жгли костер, и на углях пекли». Были и другие хлебные лепешки - боколя, которые готовились на сковороде и были тоньше пугачо. Боколя готовят и в настоящее время, они обязательно присутствуют на поминальном столе. Словом маро (хлеб. - А.Ч.) цыгане сегодня называют хлеб, купленный в магазине.
Традиционным цыганским пирогом считается сывьяко – сладкий пирог. Начинкой для него служат творог, мак, изюм, курага, другие сушеные фрукты. Приготавливается сывьяко особым образом. На раскатанный лист теста укладывается начинка, после чего сочень скручивается рулетом. Несколько полос рулета выкладывают на противень и выпекают. Без сладкого пирога не обходится ни одно праздничное застолье. Обязательным считается приготовление сывьяко на праздники Рождества, Пасхи, Петрова дня.
Для приготовления традиционных блюд пермские цыгане и сегодня широко используют кукурузу, баклажаны, сладкий перец, капусту - те овощи, которые не представлены в традиционной кухне других народов Прикамья. Самым любимым блюдом считаются голубцы сармали, которые готовятся из капустных листьев с начинкой из мяса, рубленного кусочками, или фарша, иногда с добавлением других компонентов. Однако для традиционных цыганских голубцов необходимы листья соленой или подсоленной капусты. В летнее время на праздники или для приема гостей готовят блюдо из овощей лутика. Свежие перцы, баклажаны, помидоры пекутся на углях, после чего промываются, с них снимается шкурка. Готовые овощи нарезаются крупными кусочками, в салат добавляются лук, листья петрушки, укроп, перец, огурцы, после чего все перемешивается и заправляется маслом. Блюдо подается в холодном виде. Чаще всего блюдо лутика готовят в Петров день.
Значительное место в традиционной кухне занимают различные супы хабе. «Цыганский» суп хабе рома готовят на мясном бульоне, заправленном зеленью: луком, укропом, петрушкой. Хабе мелало - «темный» суп готовится на мясном бульоне из овощей с добавлением баклажанов, отчего и получается темный, («грязный») цвет, давший название блюду. Традиционной считается и каша хывиций, приготовленная из кукурузной муки.
Немногочисленными были в цыганской кухне блюда из молока и молочных продуктов. Цыгане, так же как русские и другие православные народы, не употребляли в пищу конину. Мифологические представления иногда ограничивали употребление мяса курицы, куриных яиц, рыбы.
До настоящего времени цыганская кухня сохраняет много традиционных блюд, хотя в последние годы цыгане используют и современные способы приготовления пищи. В праздничной и повседневной кухне сегодня наряду с традиционными цыганскими блюдами (сармали, сывьяку, лутика) стали популярными различные салаты, готовые колбасные и мясные изделия, макароны. Некоторые блюда традиционной кухни сегодня забыты, о них вспоминает лишь старшее поколение, другие обычно можно встретить лишь на праздничном столе.

СОЦИАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ И НОРМЫ ОБЫЧНОГО ПРАВА

Цыгане - один из немногих народов, которые до настоящего времени сохраняют многие традиционные институты, в том числе общину. Цыганский табор кырдо - община, включающая, как правило, коллектив родственников: одну или несколько семей либо целый род, как у пермских цыган рода рувони. Пермские цыгане считают свой табор большим, так как в микрорайонах «Январский» и «Чапаевский» проживает более 80 семей и все они так или иначе связаны родственными узами. Цыганский табор, как социальный организм, выполняет множество функций. Во-первых, управленческую: все сложные вопросы жизни табора решаются коллективно. Во-вторых, правовую: нормы обычного права регулируют порядок наследования, наказания в случае совершения преступления и т.д. В-третьих, этностабилизирующую: община следит за соблюдением традиций, за тем, чтобы браки заключались только внутри этнографической группы. Община выступает как единый коллектив и при взаимодействии с другими таборами цыган. Члены общины связаны друг с другом множеством разного рода отношений - родственных, этнических (принадлежность к одному народу, этнографической группе), социальных (общие хозяйственные занятия), а также традициями взаимопомощи, взаимовыручки и гостевания.
Для решения сложных вопросов жизни табора собирается совет, в котором участвуют, как правило, взрослые члены общины. На совете могут присутствовать и женщины, особенно пожилые. Однако женщины обладают лишь правом совещательного голоса, решения принимают мужчины.
Особое положение в таборе занимает баро, которого по-русски принято называть бароном. Цыганское слово баро имеет несколько иное значение: большой, хороший, старший. Он осуществляет контакт с властями, выступает судьей, решает спорные вопросы. Однако большинство проблем решается в таборе коллегиально. Баро не выбирают, им становится пожилой, умудренный опытом, авторитетный мужчина.
Цыганский табор - неоднородный в социальном отношении коллектив, и здесь наблюдается некоторое расслоение. Однако традиции взаимопомощи позволяют сглаживать возникающие конфликты.
Сохранение общины как социального института до настоящего времени исключает обращение цыган к органам государственной власти для решения правовых вопросов: они поступают согласно нормам обычного права, основываясь на традиционном укладе. Нормы обычного права регулируют вопросы наследования, вступления в брак, раздела имущества.
Одним из общинных институтов обычного права является цыганский суд крис. Спорные дела, конфликты разбираются на суде и приговор выносят старейшины табора. Если табор самостоятельно не может разрешить конфликтную ситуацию, в качестве судей приглашаются старейшины из других цыганских таборов, пользующиеся авторитетом.
В крайних случаях, когда вопрос невозможно разрешить другим путем, прибегают к клятве солах. Считается, «что, если он поклянется, он прав, а если обманет, через три или девять дней с ним все равно что-то случится, может лицо перекосить или еще что-то». В некоторых случаях произносится клятва на иконе, в других - клятва на костях собаки или других животных. Еще более строгой клятвой считается та, когда клянутся на кресте могилы. Известна пермским цыганам и клятва в могиле, которую некоторые из них наблюдали в других цыганских таборах. Однако обычно ограничиваются словесной формулой клятвы.
Решением суда может быть и выплата штрафа. Суровым наказанием может стать изгнание из табора.
Каждый член общины в зависимости от возраста и социального положения имеет в таборе свой статус. Среди мужского населения четко выделяются неженатые, которые, как правило, не принимают участия в коллективном обсуждении, не играют значимой роли в общинных институтах. Основную социальную нагрузку несут женатые мужчины, на них и ложится ответственность за принятые решения в коллективной жизни табора. Авторитет мужчины зависит от его умения правильно и верно вынести решение, от того, как идут его дела в бизнесе. Не последнюю роль играет возраст: представители старшего поколения обладают непререкаемым авторитетом.
Социальный статус цыганской женщины также изменяется с ее возрастом. Девочки и девушки до замужества находятся на привилегированном положении: на них не распространяются предписания и запреты, которые должна выполнять замужняя женщина; девушки не носят традиционного костюма, не следуют строгим нормам в поведении, нет у них и особых обязанностей. Важный период в жизни женщины - несколько лет после замужества. Молодуха должна строго соблюдать традиции, «закон», выполнять всю домашнюю работу. Только после нескольких лет замужества женщина, как правило, уходит на заработки - начинает гадать. С пожилых женщин также снимаются многие ограничения, они пользуются особым почетом и уважением.
Множество предписаний регламентируют повседневную жизнь женщины. Женщина не должна садиться с мужчинами за праздничный стол, ей нельзя сидеть спиной к мужчинам. Запрещается переступать через посуду, чистое ведро и другие предметы. Раньше женщине не разрешалось проходить перед конем. До сих пор ей нельзя переходить дорогу мужчинам.
Система строгой половозрастной регламентации поведения в цыганской среде - не исключение: в той или иной форме в прошлом она существовала у многих народов.
Семейные отношения также регулируются нормами обычного права. Наши исследования позволяют утверждать, что в настоящее время у пермских цыган преобладают малые семьи, состоящие из родителей и детей. Из тридцати семей, выбранных для анализа, такие составляют 56,7%. Часто встречаются трехпоколенные семьи, включающие родителей, детей и внуков (30%), реже - более сложные семейные коллективы, состоящие из родителей, детей и других родственников (13,3%). Среднее число членов одной семьи составляет 6,16. Семья строится на основе патрилокального брачного поселения, т.е. невеста после свадьбы переходит жить к мужу. Во главе семьи стоит старший мужчина. Как и у других народов, у цыган не поощряется наличие неженатых или незамужних.
Характерной особенностью семейных отношений у цыган являются ранние браки и, соответственно, ранняя рождаемость в группе. Временной промежуток вступления в брак мужчин колеблется между 8 и 15 годами. Реже мужчины вступают в брак в более старшем возрасте. Невеста, как правило, старше жениха. Средний возраст женщины, родившей первого ребенка, по статистическим данным, определяется в 18 лет и колеблется между 16 и 19 годами. Данные цифры заметно отличаются от средних показателей у других народов Пермского региона, где брачный возраст женщин в редких случаях меньше 18 лет.
Обычного человека, наверное, удивит столь ранний возраст вступления в брак. Однако сами цыгане относятся к этому по-другому. Главная цель ранних браков - социализация подростков, приобщение к взрослой жизни. Нам не раз приходилось записывать интересные объяснения этого явления в цыганской среде: «Есть такой обычай, ему 15 лет - он должен уже серьезным быть, не должен ходить гулять, шалтай-болтай, должен уже делом заниматься, должен стремиться к семье. Пока родители молодые, они могут молодую семью года в два-три поставить на ноги, а потом будут жить сами»; «У нас даже лучше получается, чем у других. Вот мы женили парня в 13 лет. Ты его женил, он уже не гуляет, лет в 15 у него уже дети пошли. Он уже думает, как семью прокормить, начинает думать о жизни. А у других дети тоже гуляют с 13 лет, просто об этом не знают. У них одно на уме - нагуляться. А у нас уже не гуляет, дома сидит, о семье заботится».
Средний показатель количества детей на одну семью - 2,88 человека. . Основную группу составляют семьи с 2-3 детьми. Эта цифра в среднем несколько выше, чем в целом по г. Перми. Из двадцати шести обследованных семей в десяти семьях было по двое детей, в одиннадцати - по трое, в четырех по четыре, в одной - шестеро.
Традиционные правовые нормы запрещают браки между родственниками до третьего колена, не поощряются браки с представителями других этнографических групп цыган, тем более с представителями других народов. Порядок наследования и раздел имущества также регулируются традицией. Имущество родителей, по обычаю, наследует младший сын. Объясняется это тем, что он живет в родительском доме до смерти родителей и заботится о них. Старшим сыновьям оказывают помощь в постройке своего дома и обзаведении хозяйством.
Строгим остается разделение труда на мужской и женский. Профессиональным занятием у мужчин, как мы отмечали, была работа по металлу, у женщин - гадания. При кочевой жизни традиционно мужчина занимался лошадьми, повозкой, палаткой. Дети и подростки помогали взрослым. Сейчас мужчины занимаются коммерцией. На женщине лежат все домашние хлопоты, связанные с приготовлением пищи, заботой о детях и др.

Из полевых наблюдений
Конечно, цыганское общество патриархально, но не бывает правил без исключений. В годы сталинских репрессий, которые коснулись и цыган, женщинам, оставшимся без мужчин, приходилось брать на себя многие мужские роли. В пермском таборе нам довелось услышать интересную историю о том, как цыганка Ульяна была... цыганским бароном. «Прабабушка наша Ульяна была женой барона, Рика его звали. Пять братьев было. Их в 1930-е годы в камеру посадили, а женщинам сказали: "Принесете два ведра золота - выпустим". Прабабушка отдала все золото, которое было, все равно не отпустили. Потом их всех расстреляли. Женщины все остались и дети, по семь, по восемь детей, и все маленькие. Пока барона не было, пока дети не выросли, не стали взрослыми, она решала проблемы без мужа, постоянно решала все проблемы в таборе. Ее все знают. Она даже в другие города ездила. Пришла телеграмма из другого города, пришлите, пожалуйста, Ульяну. Она уехала в Киев решать их конфликты. Ульяна многих крестила в таборе, крестила нашего барона. Ее уважали, она умерла как королева. И так получилось, что умерла она в Москве, где прадедушку расстреляли, ее мужа».


СЕМЕЙНАЯ ОБРЯДНОСТЬ

Обряды, сопровождающие рождение ребенка. Как и у других народов, период ожидания и рождения ребенка сопровождался целым рядом представлений и обрядовых действий. Поведение женщины в период беременности строго регламентировалось. Существовали многочисленные запреты, нарушение которых, по представлениям цыган, могло неблагоприятно сказаться на развитии ребенка. В этот период женщина не должна была бить кошку - ребенок будет волосатым; пинать собаку - ребенок будет капризным и злым, как собака. Нельзя было переступать через веревку - во время родов могла перекрутиться пуповина; наступать на вылитые помои - у ребенка или матери могли появиться синие пятна.
Опытные женщины могли определить и пол будущего ребенка, для чего прибегали к разным приемам. Смотрели форму живота беременной: если он был широким, круглым - родится девочка; если острым, по форме как дыня, - родится мальчик. Если во время беременности на лице женщины появлялись пигментные пятна - родится девочка.
Во время кочевой жизни, если роды начинались в дороге, семья останавливалась на несколько дней, пока роженица поправится, и только потом отправлялась догонять табор. Иногда для роженицы специально из нескольких платков делали небольшую палатку. При родах обязательно присутствовала повитуха, которая обрезала пуповину, принимала и купала ребенка либо следила за тем, как правильно выполняют эти действия другие женщины, приглашенные помогать роженице. При родах запрещалось присутствовать мужчинам, детям и незамужним девушкам.
Ребенка, родившегося «в рубашке», считали счастливым. «Рубашку» сушили, а затем хранили в перине.
По представлениям цыган, после рождения ребенка к нему спускаются три ангела и определяют его будущую судьбу. В некоторых случаях можно было увидеть ангелов и услышать их предсказания: «Некоторые мужчины и женщины видели этих ангелов. Они приходили к ребенку и определяли его судьбу. Ангел самому ребенку рассказывал его судьбу. Они святые, есть ангел-хранитель, есть ангел - предсказатель судьбы и еще третий ангел. Они всегда приходят, но не все их видят».
Когда маленькие дети спрашивали о появлении брата или сестры, родители обычно отшучивались так: «Пошла гадать и нашла под деревом». Часто ребенку, рассказывая о его появлении на свет, также шутя говорили, что его забрали у русской бабушки: «Русская бабушка отдала, а мы тебя взяли, воспитываем».
Как и многие народы, цыгане считали роженицу «нечистой». Через несколько дней после рождения ребенка совершался особый ритуал, смысл которого связан с очищением роженицы и других членов табора. Бабушка, принимавшая роды, старшая родственница роженицы или свекровь готовили святую воду. Для этого в ведро воды помещали небольшую медную или деревянную икону, иногда крест. Водой обмывали роженицу и ребенка. После этого невестка или свекровь обходили весь табор: «Весь табор надо обходить, хоть зимой, хоть летом, надо ходить по домам. Надо брызгать всех священной водой. Заходят в дома и брызгают людей, чтобы знали, что в таборе ребенок родился. Они желали счастья, здоровья ребенку и его родителям. Если женщина с водой зашла - значит, в таборе ребенок родился».
Роженица считалась «нечистой» до 40 дней. Ей запрещалось выполнять некоторые домашние работы: брать воду в колодце или роднике, приносить ее домой, трогать посуду, готовить пищу. Регламентировалось и общение с мужчинами табора, с которыми она не должна была разговаривать в течение этого срока.
Родившегося ребенка заворачивали в большой шерстяной платок, укладывали на перину или на старый овчинный тулуп. При этом тулуп не должен был принадлежать умершему человеку, чтобы ребенок был здоровым.
Рождению мальчика в семье радовались больше, нежели рождению девочки. «Мальчиков больше ценят, любят. Мальчик есть мальчик. Девочка чужая, когда подрастет, ее отдают замуж, а мальчик остается с тобой на всю жизнь. Любви больше отдавалось мальчику, а жалели больше девочек».
Для защиты ребенка от сглаза, чтобы он рос здоровым, прибегали к магическим приемам. На шею ребенку надевали небольшой мешочек (бояруцу), в который укладывали травы, разные предметы: «В этот мешочек зашивают разные травы. Есть такая трава страшник, чтобы спал хорошо, чтобы крепким рос. Кладут туда и такое кольцо, которое растет на редких деревьях, на вишне, на сливе. Его может найти только счастливый человек, его редко кто находит, по-нашему его называют индрицы. Раковина есть в этом мешочке, как улитка, маленькая, длинная, где улитка живет. Есть камни от сглаза: черненькие камушки или бусинки черные. Кору березы кладем туда, чтобы рос здоровый и крепкий, как береза. Еще заговаривают этот мешочек и надевают ребенку на шею. Он носит его до пяти-шести лет». Иногда от сглаза ниточку с черной бусинкой привязывали на руку ребенку.
Для лечения сглаза прибегали к некоторым магическим приемам. Из колодца приносили воды, бросали в нее три зажженные спички, пропускали эту воду через ручку входной двери, заговаривали. Заговоренной водой умывали и поили ребенка. В другом случае наливали в миску воды, мыли в ней ложки и выливали эту воду за порог, произнося заговор. Часто для лечения сглаза поступали так: на ребенка сплевывали и подолом нижней юбки вытирали его лицо. В случае, если ребенка сглазил пришедший в гости человек, вслед ему из дома через двери бросали щепотку соли.
Если ребенок часто болел, или в семье «не велись» дети, совершали ритуальную «продажу» ребенка: «Если ребенок часто болеет, его "продают" другой женщине, не имеет значения, родственница она или нет. Она отдает 20-30 копеек, чтоб знала, что она его купила, чтоб он больше не болел. Она просто деньги отдает и словами говорит: "Вот я у тебя его купила, он теперь мой сын"». «Купленный» ребенок оставался жить в семье родителей. К «купившей» ребенка относились также, как и к крестной. На Рождество и Пасху приносили подарки.
Выпавшие молочные зубы ребенка выбрасывали на крышу, приговаривая при этом:
Чириклию-жумгалию
Дема дант сумна куно,
Ай ме дав ту рупуно.
(Чириклию-жумгалию (название птицы - А.Ч.), я тебе даю зуб серебряный, ты мне дай зуб золотой)
Обряды, связанные с рождением ребенка, известны и у других групп цыган.7

Крещение. Одним из важных семейных обрядов является крещение. Крестили обычно в младенчестве, так как считалось, что с некрещеным ребенком «грех водиться». Сегодня, как и в прошлом, крещение совершает священник в православной церкви.
Однако при кочевой жизни не всегда была возможность остановиться в селе с церковью. В таком случае из соседнего села привозили батюшку: «Если церкви нет, берем бричку и едем за попом. "Крести нас!" Привозим его на бричке в табор, чтобы воду освящать и крестить». В редких случаях крестить детей звали кого-либо из табора. Вспоминает Замбила Георгиевна (1914 г.р.): «Там нету церкви, а крестить надо. Есть старуха, как я, например. Я много людей крестила и на церкви, и на воде. А нету батюшки, приходят ко мне и скажут: "Бабка, пойдем крестить его". Это каждый человек не берется, что ты, - шутишь! А кто много людей крестил - пускай крестит. Начинаем крестить. Икону берем с собой большую, Матери Божьей, Святой Богородицы, Бога, три иконы. Кладем там у воды, освящаем воду. Молитву читаем, несколько строчек. Потом берем водичку, наливаем на его лицо, на его глаза, моем. Все, он крещеный. И говорим по-нашему: "Чтобы был счастливый, чтобы сто лет жил, чтобы был богатый, чтобы был здоровый навсегда". Счастья, добра желаем. Наша бабушка прежде чем крестить, чертей сначала по-цыгански отгоняла».
В крещении участвовали крестный отец и крестная мать. Близкие отношения между крестными и крестником сохранялись на протяжение всей жизни. На Рождество и Пасху крестник обязательно делал подарки своим крестным.

 

Свадебная обрядность. Свадебная обрядность у молдавских цыган, как и многих народов, состояла из нескольких этапов и, как правило, начиналась со сватовства. Заключение брака при помощи сватовства наиболее распространенная форма. В прошлом, как отмечают информаторы, родители могли договориться о вступлении детей в брак еще при их рождении. Брать невест старались в других городах, в соседних таборах молдавских цыган, хотя заключались браки и внутри табора. Сватание невест в других городах традиционно преследовало несколько целей: поддерживание социальных и родственных связей с другими таборами цыган России, исключение возможности кровнородственных браков.
Будущий жених, как правило, не участвовал в выборе невесты. Родители выбирали ее по своему усмотрению, при этом учитывали зажиточность семьи, красоту и трудолюбие невесты. Иногда, отправляясь на сватовство, уже знали, какую невесту будут сватать, в другом случае невесту выбирали уже на месте.
Для сватовства в другой город отправлялись отец, мать, жених, крестные, уважаемые родственники. Приехав в табор, сваты останавливались в доме одного из своих старых знакомых. По поводу приезда гостей приглашались другие члены табора. Во время застолья сватовщики объявляли о цели своего приезда, советовались и заручались поддержкой. Часто это бывало залогом удачного сватовства.
Только затем сваты отправлялись в дом невесты. Если родители заранее не знали, кого будут сватать, то могли прийти и с простым визитом, не объявляя о сватовстве, посмотреть невесту. Если сватали в своем таборе, сразу отправлялись в семью невесты. В дом невесты не отправлялись с пустыми руками. Обязательным атрибутом сватовства у всех цыган-кэлдэраров - плоска. Плоской сегодня называют бутылку шампанского, на которую привязывались красная ленточка и золотая монетка: «Если бутылка принимается - свадьба состоится». Монету с ленты невеста иногда надевала на шею в знак того, что она просватана.
С плоской связано множество свадебных ритуалов. Открыть бутылку шампанского имел право только отец невесты, что означало полное согласие на свадьбу. Если отец принимал плоску, но не открывал бутылку, то утром ее можно было отдать обратно и отказать в свадьбе. Плоска была задействована и в других этапах свадебного обряда. Когда молодым дарили подарки, гостей угощали из плоски. Считалось, что бутылка не должна быть пустой, поэтому ее постоянно дополняют вином или шампанским. Всегда наполненная бутылка символизировала благополучие, довольство, богатство. Когда невесту вели в дом жениха, «эту бутылку надо было с собой прихватить».
При сватовстве, как правило, обращались к отцу невесты: «Дай вам Бог здоровья, дай Бог вам счастья! Мы хотим с вами породниться, чтоб наши дети сблизились друг с другом, чтоб ваш род не остановился, чтоб наш род не остановился». Сватовство могло растянуться на несколько дней. Крайним сроком, как отмечают информаторы, было три дня, в последний день отец должен был дать согласие или отказать в свадьбе. Выждать такой срок могла только состоятельная семья, так как в случае отказа отец невесты должен был возвратить стороне жениха расходы. В каждый из дней сватовства накрывался праздничный стол. Если «партия» считалась выгодной, на отца невесты пытались влиять не только сватовщики, но и представители невестиной стороны, заинтересованные в заключении брака.
Во время или после сватовства, когда окончательно договаривались о свадьбе, принято было платить выкуп за невесту. Как и в старину, выкуп в настоящее время принимается только золотыми монетами. Как правило, за невесту платили около 10 золотых монет. Сегодня в ход по-прежнему идут австро-венгерские дукаты, бережно хранимые на протяжение последнего столетия. Все чаще специально для свадьбы изготавливают позолоченные подделки под монеты. Выкуп за невесту бытовал не у всех этнографических групп цыган, он известен у крымских цыган и кэлдэраров. Кэлдэрары, вероятно, восприняли эту традицию от турок-османов еще в те времена, когда территория их формирования находилась под влиянием Османской империи. В прошлом отец невесты возвращал молодым лишь часть выкупа. В настоящее время принято постепенно отдавать молодой семье весь выкуп. Первую часть денег отец невесты дарил молодым уже на свадьбе. Другую часть отдавали тогда, когда невеста возвращалась на несколько дней погостить в дом родителей.
Следующий этап свадебной обрядности, собственно свадьба, начиналась в доме невесты на следующий день после сватовства или с небольшим перерывом на подготовку, Свадебный пир обычно продолжался до трех дней.
Невеста на свадьбе надевала традиционный свадебный цыганский костюм: белую кофту, юбку. В такой одежде можно увидеть невест на фотографиях 1970-х годов. Обязательный атрибут женского свадебного костюма - венок из бумажных или восковых цветов с лентами. Сегодня покупают белое свадебное платье, однако на венок с фатой по-прежнему повязывают несколько цветных лент. Одевать девушку в свадебную одежду приглашали крестную. По этому поводу есть цыганская поговорка: «Как крестила, так и обвенчала». Крестный и крестная благословляли крестницу, дарили ей на память подарок, как правило, золото: кольцо, сережки, монетку. Монету, подаренную крестной, невеста хранила всю жизнь и передавала своим детям: «Я ее должна сохранить, передаю своим детям, могу использовать в трудную минуту, заложить на некоторое время, но выручить, продать нельзя».
Жениха на свадьбе отличает приколотый на грудь цветок и длинная красная лента.
Все дни свадьбы проходили в праздничном застолье. Мужчины и женщины сидели за разными столами, часто в разных комнатах: «Если у нас свадьба, мужчины будут сидеть в зале, а мы будем сидеть здесь, на кухне». На цыганской свадьбе не принято молодым кричать «горько!»
Строго в цыганской среде относились к «честности» невесты. Если невеста оказывалась «нечестной», свадьба могла расстроиться: «Если нечестная - позор родителям. Платят весь калым обратно, деньги за свадьбу, а невесту возвращают». После первой брачной ночи свекровь танцевала с простыней, на которой спали молодые: «Берешь простынь и показываешь в открытую. По старой традиции берешь эту простынь, и надо с ней танцевать. Если женю сына, то я, свекровь, с ней танцую».
Всем гостям на свадьбе раздавали цветы, чаще всего красные. После свадьбы, если девушка оказалась «честной», цветок ставили к иконам, считалось, что он принесет молодой счастье. В другом случае свадебный цветок выбрасывали.
Утром следующего дня невесте меняли прическу, что означало переход из одного социального статуса в другой. Под обрядовые песни женщины закручивали девушке амболдинари, заплетали косы. В прошлом в это же время невесте надевали красную косынку и красный фартук.
На второй день свадьбы все гости «дарили» молодых. Для сбора подарков выносился большой поднос, накрытый платком, «чтоб никто не видел, кто, чего и сколько положил». Дарили деньги, золотые монеты, кольца, серьги.
На третий день свадьбы у отца невесты спрашивали разрешение, можно ли увести его дочь в свой табор. Отец требовал выкупа вином и отпускал свою дочь. За невестой принято было давать приданое, однако оно особым образом не оговаривалось. Как правило, в приданое входили постель для молодых (подушки, перины, одеяла), одежда невесты, серьги, браслеты, другие украшения.
В течение свадебного пира невеста ничего не должна была делать по дому. Особо строго оговаривалось, что она не должна подметать и мыть пол – «счастье выметешь». Невесте на свадебном пиру разрешалось подносить на стол и ходить за водой. Полные ведра символизировали счастье и достаток в будущей семейной жизни.
По приезде невесты в дом жениха собиралось застолье. Для этого готовилась и подавалась на стол голова свиньи, а в свиной рот вкладывалась золотая монетка: «Голова свиньи должна быть на столе. Эта голова варится, накрывается стол. Ее (невесты. - А.Ч.) родители с калыма, что они получили, должны подарить монету, положить в рот свинье».
На этом этапе свадебного обряда происходил обмен подарками между невестой и свекровью. Невеста могла подарить из своего приданого косынку, свекровь также подносила молодой подарок - кольцо, серьги. Существовал еще один вариант сбора подарков: «Молодые носят воду, свадебную воду, по всему табору. Она заходит к вам в дом, она дает вам воды или выпить, или в ваше ведро нальет. Вы ей дарите, в воду прямо бросаете деньги. Весь табор должна она обойти. Это вода молодоженам, вдвоем ходят, дети за ними ведра носят. После этого родственники опять гуляют».
Венчание, как и официальная регистрация брака, не входило в традиционный порядок свадебного обряда. Как правило, венчались уже через некоторое время после свадьбы, хотя и это делалось в редких случаях. Сейчас к государственной регистрации браков также прибегают далеко не всегда, значительное количество браков остается не зарегистрированными. Если семья и решается на регистрацию, это происходит по прошествии нескольких лет после свадьбы. Закрепление брачного договора по традиции строится на общинных институтах.

Похоронно-поминальная обрядность. Многие архаичные представления цыган о мироздании сохранились в похоронно-поминальной обрядности. При кочевой жизни принято было хоронить там, где умер человек - на кладбище близлежащего села или города. Считалось, что после смерти человека в доме или палатке постоянно должна быть открыта дверь, так как душа умершего выходит и заходит обратно. Сорок дней после смерти, по представлениям цыган, душа ходит «по следам своим», т.е. навещает все те места, где был человек в течение всей своей жизни.
Умершего обмывают, одевают в новую одежду. Часто погребальную одежду тут же шили пришедшие проститься с покойным. В гроб мертвому «на дорогу» клали монетку. Деньги с покойником «посылали» и другим умершим, для чего в гроб также клали мелкие монеты. В гроб могли положить и другие предметы, которыми пользовался умерший и которые понадобятся ему в загробном мире: мужчине - трубку и табак, женщине - зеркало и помаду.
В течение трех дней до похорон умершего не принято было оставлять одного, у гроба сидели родственники и знакомые. В течение нескольких ночей, пока покойник находился дома, ночью у его палатки или дома разводили костер, к которому собирались старики табора. Цыгане говорят, что «это его костер». По поверьям, у костра собираются не только живые, но и души умерших родственников. Считается, что у костра род решает судьбу души умершего, определяет, куда она попадет: в ад или в рай. Сидящему у костра не разрешалось дремать, а тем более спать, иначе предки могли забрать и его душу. В течение всей ночи принято было разговаривать, рассказывать истории из жизни покойного. Перед похоронами пепел костра собирали и увозили в «чистое» место.
Похороны совершались на третий день после смерти, согласно христианской традиции. Цыгане старались отпеть умершего в православной церкви, иногда священника приглашали и на кладбище.
После смерти близкого родственника родные некоторое временя соблюдали строгий траур. Самый близкий родственник в течение трех, реже девяти дней, отказывался от пищи. На протяжении определенного срока не мылись и не умывались. В течение года не разрешалось близким родственникам покупать и надевать новую одежду, членам семьи - «гулять» праздники, ходить в гости. Женщине запрещалось брать в руки муку и тесто, готовить праздничную пищу. На этот же срок обычай запрещал есть семечки. Сейчас добавился и новый запрет - смотреть телевизор.
Поминальные обряды продолжались в течение года после похорон. До сорокового дня поминать было принято каждое утро. Для таких поминок утром хозяйка шла за свежей водой, ставила чай, близкие родственники пили чай и угощали кого-либо из пришедших.
Большие поминки устраивались на сороковой день, через полгода и год. В эти дни накрывался поминальный стол, приглашались родственники, знакомые, соседи. Родственники должны были купить полный комплект новой одежды «для умершего». В этот комплект, включающий рубашку, костюм, ботинки и носки для мужчины, юбку, кофту, фартук, косынку, туфли - для женщины, одевали кого-либо из пришедших на поминки, согласившегося принять от родственников этот комплект. В новой одежде такого гостя усаживали на самое почетное место.

Одна из особенностей традиционных семейных праздников и обрядов цыган - бытование их в активной форме до настоящего времени. По-прежнему традиционный характер сохраняют цыганская свадьба, похоронно-поминальная обрядность. Некоторые изменения претерпела лишь родильная обрядность, так как сегодня рожать предпочитают в больницах. Однако при этом весь комплекс поверий, связанных с рождением ребенка, лечением детских болезней, не исчез.


КАЛЕНДАРНЫЕ ПРАЗДНИКИ И ОБРЯДЫ

Календарные праздники и обряды наиболее ярко отражают самобытность народа, тесным образом связаны с другими сферами традиционной культуры. Цыганский народный календарь не стал исключением. Кочевой характер жизни, традиционные хозяйственные занятия ремеслом послужили причиной того, что основу календаря цыган-кэлдэраров не составили обряды, связанные с хозяйственной деятельностью, как, например, у русских, удмуртов и других народов. Элементами праздников народного календаря становились обряды, основанные на семейных традициях. Значительное место в праздничной культуре занимает гостевание. Целый пласт обрядов и поверий в народном календаре связан с культом предков. Умерших принято поминать на Рождество, перед началом Великого поста, на Радуницу, Петров день.
Основу традиционного календаря цыган-кэлдэраров составляет церковный православный календарь. Самыми значимыми и большими праздниками до настоящего времени считаются Рождество, Пасха, Петров день.
Празднование Рождества (Кречуно) продолжается несколько дней. Подготовка к празднику начинается 6 января. В этот день делается уборка, готовятся праздничная пища.
Утро следующего дня, собственно Рождество, начинается с поминовения умерших предков. Прежде чем накрывается праздничный стол, ставится небольшой столик с блюдами, приготовленными к празднику. Считается, что на поминальном столе обязательно должны быть голубцы, жареное мясо, фрукты и пресные лепешки, специально приготовленные для поминовения умерших. Из напитков на стол ставятся пиво и водка. В поминовении предков участвует вся семья, также за стол приглашаются и пришедшие гости: «Старший в семье садится, берется маленькая рюмочка. Вот я говорю: “Чтобы Бог принял”, называю имя (умершего), целую эту рюмочку и ставлю перед вами, вы пьете на здоровье. Чтобы Бог принял мертвым и вам на здоровье. Кушаете, пьете, здесь не забывают никого, каждый в своем доме поминает своих усопших». Остатки поминального стола скармливаются птицам. Только после этого в каждом доме накрывается праздничный стол.
Ближе к полудню совершается ритуальный обход домов, в котором участвуют одни мужчины. В каждый дом табора, а в прошлом в каждую палатку должны зайти участники обхода, чтобы пожелать счастья, здоровья и благополучия семье. При этом в каждом доме угощаются, пробуют приготовленные блюда. Часто, после обхода домов мужчинами, подобный обход совершается и женщинами, которые не только желают хозяевам благополучия, но поют и пляшут. После обеда все собираются в домах родственников, знакомых, начинается праздничное застолье, которое также не обходится без песен и танцев.
Еще одним элементом празднования Рождества, как отмечают старожилы, был ритуальный обход домов детьми с исполнением особых поздравительных песен: «Маленькие дети были, ходили по табору, пели песню Колида, желали хозяевам счастья, здоровья. Это давно было, когда мы маленькими детьми были, еще до войны». Детей угощали пряниками и конфетами.
Третий день Рождества, 8 января, празднуется с не меньшим размахом. По традиции в этот день крестники должны одарить подарками своих крестных. Крестному обычно дарят рубашку. День обычно посвящается приему гостей и праздничному застолью.
Период между праздниками Рождества и Крещения считается особым: девушкам разрешено гадать, выгадывать себе женихов. Чаще всего гадают на Рождество и Старый Новый год. Прибегают к известным способам гадания. Становятся спиной к забору и бросают через забор валенок. Если валенок улетает далеко, перелетает через забор к соседу, значит, сватать приедут из соседнего города, если нет - следует ждать сватов из своего табора. Высматривают суженого-ряженого в зеркало. Кладут зеркало под подушку, ночью девушке должен присниться будущий жених.
Важной датой народного календаря является и последняя неделя перед Великим постом - Масленица. Представления о значимости праздника сохранились в поговорке: «На Масленицу солдат из-под себя коня продает, чтобы праздник справить!» Все обряды приходятся на последний день недели - Прощеное воскресение и связаны с началом Великого поста, как и название праздника - Зе Посто (начало поста). Утром этого дня, как и на Рождество, совершают поминовение умерших. В этот день также принято просить прощения у родственников и соседей.
Время Великого поста считалось особым. В прошлом взрослое население стремилось держать пост, не употреблять скоромную пищу. В настоящее время также сохраняется такое стремление, тем более, что Великий пост в ряду годовых постов считается наиболее значимым. Сегодня поста стараются придерживаться в семьях, где есть маленькие дети: «Да, держат, у кого дети есть, для здоровья детей. Незамужним и неженатым можно не держать, старикам тоже это уже не надо». Однако в настоящее время строгий пост соблюдают только в первую и последнюю неделю. На время Великого поста распространяется запрет покупать гребни и расчески.
Строгим днем народного календаря было Благовещение, 7 апреля. В этот день в прошлом не разрешалось чесать и заплетать волосы.
За неделю до Пасхи отмечается Вербное воскресение. В этот день принято приносить в дом вербу, иногда веточки вербы освящают в церкви.
В праздновании Пасхи (Патради) прослеживается достаточно много общих черт с празднованием Рождества. Главным атрибутом праздничного пасхального стола были крашеные яйца. Яйца красят разными способами, в прошлом - чаще всего луковой шелухой. Сегодня используют разноцветные покупные красители. На Пасху, как и на Рождество, совершается ритуальный обход домов с пожеланием счастья и благополучия. Иногда обход совершают дети. Заходя в дом, они произносят поздравления с праздником, их угощают крашеными яйцами. На второй день Пасхи крестники также дарят подарки своим крестным.
Вторник, через неделю после Пасхи, – Радуница - считается днем поминовения. По-цыгански этот день называется Маленькой Пасхой - Цигни Патради. В этот день принято ходить на кладбище и посещать могилы умерших родственников. На кладбище обязательно несут крашеные яйца, которые для этого дня оставляют с Пасхи. В случае, если не посещают кладбище, поминание совершают дома.
Большим праздником считалась Троица. В прошлом в этот день принято было украшать дома снаружи и внутри зелеными березовыми ветвями, в доме на полу расстилали свежую траву. В этот день запрещалось расчесывать волосы, мыть и стирать, так как считали, что перед Троицей «вода - именинница».
Петров день (Сим Петри – день святого Петра, 12 июля) - третий из наиболее чтимых годовых праздников. В прошлом до Петрова дня не принято было употреблять в пищу ягоды, свежие фрукты и овощи нового урожая. Сегодня этот запрет распространяется лишь на тех, у кого умерли родители. Утром, как и в другие праздники, фруктами поминают умерших родственников. На праздничном столе в день Святого Петра сегодня обязательно присутствуют ягоды, фрукты, свежая картошка и капуста. Как и на Пасху и Рождество, совершают обход домов с пожеланиями счастья, здоровья и благополучия хозяевам.
В Ильин день, 2 августа, по представлениям цыган, распускался цветок папоротника. Сорвавшему его, папоротников цвет приносит счастье и здоровье. Поэтому смельчаки в эту ночь отправлялись в лес караулить цвет папоротника. Ильин день считался лучшим временем для сбора лекарственных трав.
Праздник Успения Пресвятой Богородицы (28 августа) празднуется как день Святой Марии - Свента Мария. Общественных ритуалов, приуроченных к этому дню, нет, и его празднование носит семейный характер. Почитание праздника связано с особыми представлениями: «Если был сильно больной ребенок или взрослый и тебя вылечили, то день Святой Марии надо отмечать потом всю жизнь как день рождения. Можно день своего рождения забыть, а этот день только и праздновать как день рождения». В семьях, где кто-то отмечает этот праздник, накрываются столы, пригашаются родственники и знакомые. Пришедшие поздравить желают счастья и здоровья.
Известен пермским цыганам и Николин день, который отмечался дважды: весной (22 мая) и зимой (19 декабря). Однако о его почитании знают лишь старожилы. Празднование Николина дня устанавливалось так же, как и празднование Успения: «Если человек долго болеет, надо ему праздник купить. Он давно болеет, никто его вылечить не может, надо ему праздник купить. Мы его, этого ребенка, «покупаем» у родителей в Никола-день за 20-30 копеек. Накрывается стол, мы кушаем, желаем ему добра и здоровья. И все это отойдет».
Период Рождественского поста в прошлом считался особым - временем рассказывания сказок. Одним из цыганских названий этого периода было Каляды. В это время весь табор собирался в один из домов и слушал старинные сказки: «У нас сказки рассказывали не всегда, а только сорок дней до Рождества. Каляды начинаются. Собираются все в один дом, всю ночь надо было на полу сидеть, пальто можно было под себя постелить, а подушку, одеяло, матрац - нельзя. Мы, дети, прямо засыпали на полу. Дети, взрослые, молодежь - все собирались в один дом. Каждый день в разном доме. По очереди сказки рассказывали, кого очередь сегодня говорить. Последний раз так собирались в 1974 году».
До настоящего времени многие праздники традиционного календаря продолжают бытовать в таборе. Как и прежде, празднуются Рождество, Пасха, Петров день, Успение. В то же время многие элементы обрядности уже исчезли, о них рассказывают только старожилы. Исчез ритуальный обход домов на Рождество детьми - Колида, не почитают сегодня Николин день, во время Рождественского поста не рассказывают сказок. Праздники народного календаря в настоящее время, утратив многие обрядовые стороны, продолжают выполнять этнообъединяющую функцию, а традициями гостевания, ритуального обхода домов, совместного застолья поддерживают родственные и социальные связи в таборе.

Из полевых наблюдений
В последние годы, особенно активно с конца 1970-х начала 1980-х годов, цыгане стали отмечать еще один праздник - Новый год. Накануне Рождества мы как раз побывали в таборе, когда еще не были убраны все атрибуты праздника. Во всех домах мы видели нарядно украшенные деревья. Но не елочки, а большие сосны. «Иголки у них не сыплются», - объяснили нам. Нарядные сосны стоят в домах до Старого Нового года, а затем убираются. Под каждой новогодней сосной видели мы не только Деда Мороза и Снегурочку, но и бутылку шампанского и пива. «Так положено традицией, чтобы год не был «сухим», плохим, голодным, неудачным», - отвечали нам. Рассказывали и о постепенно проникающей сюда традиции дарить детям подарки на праздник Нового года.

 

РЕЛИГИОЗНО-МИФОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТИНА МИРА

Одна из сложных и интересных сторон народной жизни - система религиозно-мифологических представлений. Во время нашего полевого исследования нам удалось собрать интересный материал, раскрывающий представления цыган о природе, появлении людей, однако многие легенды и мифологические рассказы были записаны фрагментарно, не все удалось уточнить в ходе работы. Работу в данном направлении планируется продолжить. А в настоящий раздел мы поместили лишь некоторые тексты и наш комментарий.
Молдавские цыгане - православные христиане. Однако из церковных ритуалов они совершают только крещение и отпевание умерших, изредка - венчание . Во время крещения ребенка в церкви берут святую воду, которой окропляют жилища. В праздники церковь посещать не принято: «Мы самый верующий народ. Мы верим в Бога, но мы верим в душе, не ходим в церковь по воскресеньям и праздникам».
Степень религиозности цыган показали результаты этносоциологического исследования. Ответы на вопросы о религиозной принадлежности показали, что 100% (95 человек) респондентов являются верующими, 100% - православными христианами. При этом глубоко верующими и соблюдающими все религиозные обряды считали себя 16 (17%), верующими, но редко соблюдающими религиозные обряды - 79 (83%) человек. Все респонденты отметили, что редко посещают церковь.
В каждом цыганском доме есть иконы, особо почитаемые среди цыган. Мы уже говорили о том, что иконы - непременный атрибут цыганского жилища и даже цыганской кибитки. С помощью иконы можно было защититься от нечистой силы. Разнообразно было использование икон в семейной обрядности. Особо почитаются иконы Спасителя, Богородицы (Матери Божьей), Николая Угодника.
Христианские сюжеты у цыган тесно переплелись с древними дохристианскими представлениями. В то же время в религиозно-мифологической картине мира отразились разнообразные архаичные представления о мироздании.
Значительный пласт в религиозно-мифологической картине мира цыган составляют представления, связанные с природными явлениями. Рассказы о происхождении некоторых из них нам удалось записать от старожилов в цыганском таборе. Мифологические сюжеты, сохранившиеся в настоящее время, сложились в результате длительной эволюции и связаны с разными периодами цыганской истории. Многие из этих сюжетов сохранились фрагментарно.
Появление пятен на полной луне объясняют тем, что на луне живет пастух, который пасет стадо овец, о чем рассказывает цыганская легенда: «Нам бабушка много легенд рассказывала, про луну рассказывала, что Луна круглая, там мужчина, пастух живет и он водит с собой своих овец. Когда он был молодой, махонький, он попал туда, так и остался там. Он человеком родился на земле, но с крыльями, крылья были у него. Говорили, что он обычный человек, и он поднялся наверх, а там увидели его наверху и говорят: “Там человек летает”. И Бог, Николай Угодник и Матерь Божия судили его там, что с ним делать, спустить его на землю или оставить на небесах. И сказали: “Будешь у нас пастух!” Так он и остался на небе».
Жизнь на небе во многом повторяет жизнь на земле. Поэтому на небе можно найти все то, что есть на земле. Одно из созвездий цыгане называют «Колодец» и объясняют это тем, что «им там тоже нужно вода, у них там тоже колодец есть».
Небесные светила - это родственники Бога. Солнце - его брат, луна, месяц и большая утренняя звезда (Венера) - его дочери.
Звезды на небе, по представлениям пермских цыган, появились только тогда, когда на земле появились люди. И были такие времена, что людей на земле не было и не было тогда звезд на ночном небе, кроме луны, месяца и утренней звезды. Сколько звезд видно на ночном небе - столько людей живет на земле. Когда на земле рождается ребенок, на небе чуть-чуть зажигается его звезда, «маленько поживет, звезда побольше станет». Когда человек умирает, с неба падает его звезда.
Небесные жители, как и люди, не всегда живут мирно, часто у них случаются конфликты. Происхождение грома и молнии объясняют тем, что в это время «Бог и сатана дерутся». В другом варианте: на небе дерутся луна, солнце, месяц и звезды. Поэтому летом, когда эти небесные светила близко расположены друг к другу, гремит гром, и, наоборот, «зимой гром редко бывает, они все раздельно стоят, большая звезда внизу, луна наверху, а день короткий, солнце мало показывается».
Когда гремит первый гром, каким-либо золотым предметом проводят по голове, по волосам ребенка, желают счастья, здоровья: «чтобы были счастливые, здоровые, богатые, чтобы жили долго». Если идет сильный дождь, град, на землю ставят топор лезвием вверх, «как бы небо режу, и дождь останавливается».
Происхождение радуги связывают с Богородицей: «Это Матерь Божия танцует, делает себе танцы, радуется. Она, когда поет, танцует, три ленты пускает. Это хорошо, весь народ радуется, когда радуга выходит».
Известен мифологический рассказ о происхождении снега: «Раньше не было того снега, а была мука. Тогда в те времена, лет триста, пятьсот тому назад, так было дело. А одна женщина дурная, у нее ребенок пачкался, взяла, бросила на муку, и мука стала грязная. Уже пошла не мука, а снег, дождь. Нам наша бабушка говорила, что раньше не было снега, а была мука белая, как снег».
Размытыми и не вполне логичными сохранились архаичные представления о появлении на земле человека. Нам удалось записать лишь фрагменты развернутого некогда мифа. «Бог, сын Бога, Петро и Матерь Божия, они на небе жили, а у них там лестницы, они слезли, посмотрели на землю. А на земле тогда никого не было. Потом они поднялись наверх и рассуждали. И через некоторое время принесла наша Матерь Божия ребенка. И через некоторое время на земле тоже появился такой ребенок. И они все пошли по местам. Они рассуждали, надо женить этого мальчика, чтобы он не постарел, чтобы была публика, чтобы людей было много, и свиньи и гуси, и куры, чтобы все были. И говорили, чтобы людей было так много, сколько у меня волос на голове, чтоб были полные города и районы. И надо поставить столько звезд на небе, сколько людей. И через некоторое время, прошло год, два, и появились люди помаленьку».
Некоторые деревья, в поверьях цыган, наделены особыми свойствами. Хорошим деревом считается береза, плохим - осина. По легенде, имеющей связь с христианскими представлениями, осина - Иудино дерево, на осине «Иуда удавился».
Целый ряд мифологических представлений связан с животными и птицами. Например, курица у цыган считается чертовой матерью. Существует поверье, что черт ночью превращается в курицу. «Если во сне человеку приснилась курица и заговорила человеческим голосом - это чертова мать. Этот человек не должен есть яйца и куриного мяса, все, что связано с курицей. Если поешь - плохое бывает, обязательно заболевают дети. Снять обет или запрет можно было через пятнадцать-двадцать лет, когда вырастали дети. Для этого специально готовили курицу, накрывали стол, приглашали гостей и отказывались от обета. Все желают счастья, здоровья: “Чтобы кушала курицу на здоровье”. И уже начинают есть куриное мясо. Если не будет снов, значит, можно отказаться от обета. Но если после совершения ритуала вновь приснилась курица и заговорила с человеком, обет будет длиться всю оставшуюся жизнь».
В некоторых случаях подобный запрет распространяется и на рыбу: человеку, которому приснилась рыба и заговорила с ним, рыбу нельзя употреблять в пищу.
У пермских цыган, как и у всех цыган-кэлдэраров, существует представление о летучей мыши (лилияко), способной принести в дом счастье и богатство. Если летучая мышь залетела в дом или палатку, считалось, что «она на счастье пришла». «Надо взять золотой предмет, кольцо, серьгу, что попадется под руку, чуть-чуть надрезать шею летучей мыши и положить в тряпке в карман. Затем берут восковые свечи, золото, хлеб, летучую мышь и из всего этого катают комок в виде шара». Готовый талисман хранят за иконами либо в перине. Изготовление талисмана надо было держать в строгой тайне. Сделавшему талисман необходимо шесть недель оберегаться, остерегаться: «Его удача бьет, первый попавшийся человек будет его ругать, бить, лучше никуда не ходить, чтоб не били». После шести недель человеку будет сопутствовать удача, «пойдут дела, явятся деньги, явится золото».
Принести счастье человеку могла и змеиная кожа, если ее найти. Считается, что змея оставляет кожу только счастливому человеку. Из найденной кожи с воском скатывали небольшой шарик, который затем «для счастья, для здоровья, для жизни» зашивали в подушках или перине.
Образ птицы связан с душами умерших родственников. Залетела в дом птица - это душа умершего навестила родственников. После поминок оставшуюся еду разбрасывали в чистом месте или на крыше дома: «Птички приходят, едят, нам признак, что родители». Однако две птицы, по представлениям цыган, наделены особыми свойствами: одна из них приносит счастье, другая - беду. Эти птицы также души умерших, о чем повествуют цыганские легенды.8 Нами не записаны сами легенды о происхождении птиц, но представления о них до настоящего времени сохраняются. Счастливую птицу чириклию-бахтали может увидеть только счастливый человек, она приносит человеку счастье, исполнение желаний: «У нас отец видел эту птичку, она ему показалась, а мама ехала на кибитке, тут же, ее не видела. Она разноцветная, когда летит. Не поймешь, какой ее цвет, как огонь, красная, зеленая, разноцветная. Она никому не попадается, у нее, как у петуха гребешочек, а грудь золотая, как огонь светает, она летит, как золото светает. Кто увидит - счастливый, что задумал - сбудется, желание исполнится. Вот, например, задумал что-нибудь, и она появилась внезапно, эта птичка, через неделю-две исполнится желание. Отец коней хотел поменять, старые были, и сменял удачно».
Птица, приносящая несчастье, чириклию-жумгалию появляется только в ночное время. Плохим предзнаменованием считалось не только встретить эту птицу наяву, но и увидеть во сне. Множество быличек рассказывают о встрече с этой птицей. «Ее редко кто видел. Вот был такой случай, взрослые сказали, что видели эту птицу, а я был еще ребенком, мне было так досадно, что ее не увидел. На другой день мы сменили место. Вот ночью, например, она показывается. Сидите у костра, как раньше цыгане. Сидят, разговаривают, тишина. И тут появляется эта птица, прямо на огонь летит. Это такой знак, это нехорошо. Это предсказание плохого. Надо с этого места уезжать, это плохое место»; «Это нечистые птицы, я их сам видел. Ночью начинают летать над табором. Идут старухи, бросают вверх головешки, кричат: “Лети в Румынию!” Если птица улетает и не появляется больше, значит можно остаться на этом месте. Если не улетают, то мы уходим с этого места».
Кто-то считает, что птицы эти действительно есть в природе, что несчастливая птица, например, - это кукушка. Другие твердо уверены, что таких птиц нет, что это духи, которые появляются, чтобы дать знак людям.
Бытуют в цыганской среде и представления о мифических духах, «хозяевах» природы и построек. Нам рассказывали былички о домовом, хозяине леса, воды, водяной русалке. Хозяин леса способен «завести» людей в лесу Если заблудился в лесу - это дело рук лешего. Чтобы защититься от него, необходимо было креститься и читать молитвы, разжечь костер. Ни в коем случае в лесу нельзя было переходить перекресток дорог. «Лешего боялись, и сейчас люди боятся, он водит в лесу людей. Надо креститься, не надо перекрестную дорогу переходить, надо остановиться, три спички зажечь, костер зажечь».
Есть в цыганском фольклоре и былички о хозяине воды: «Он голый, как сокол, он редко кому показывается. Он вред делает, пароход вниз пускает. Его наказали, и он стал водяным. В воде вред делает, иногда людей спасает».
В воде обитает и другое мифологическое существо - русалка, которая показывается только счастливому человеку. «Она редко кому показывается, она только счастливому человеку показывается на удачу. Когда она всплывает, волосы за ней тянутся. Она что-нибудь дает, волос или еще что-то, это все золото, это все деньги». Кроме того, водная преграда - река осознавалась своеобразной границей между миром живых и мертвых. Считалось, что мертвые не могут перейти реку даже по мосту.
Домовой, по представлениям пермских цыган, сегодня живет в доме, в печке. Он также, как и они, «отказался» от кочевой жизни, хотя в прошлом ходил за бричкой и останавливался на ночлег в цыганской палатке. «Домовой дома все прячет, а в бричке бросает на дорогу, ложку бросает, чашку разбивает, ножик бросает. Дома он в печке живет, а за бричкой следом идет».
Достаточно развитым в традиционных представлениях цыган был и остается культ предков. К предкам обращались за советами, с просьбами помочь в трудных делах, по хорошему или плохому сну определяли, что советуют предки. С другой стороны, умершие неестественной смертью не переходили в разряд почитаемых предков, их души бродили по земле и мешали живущим. Защититься от них можно было разными способами: если показался дух - бросить на дорогу три зажженные спички, поджечь кусочек сучка со смолой или палку с сучком. Если духи преследовали в доме - выбрасывали из окна чайную заварку, окуривали жилище. Верный способ защиты - набросить на человека нижнюю, «поганую» женскую юбку. Человек при этом также становился «поганым», и нечистая «теряла» к нему всякий интерес. Через некоторое время этот человек накрывал стол и табор принимал решение не считать его больше «нечистым». Наиболее полно эти представления отражаются в мифологических рассказах: «А один раз мы с братом шли, брат еще живой был. Кони идут на нас, встали перед нами на дыбы и так топают. Брат кричит, а я не кричала, только себя крестила, брата крестила и держала его за руку. Ругаю их с матом: они такие, они всякие. Потом смотрю, нет на дороге никого. Взяла, закурила, брату сигарету дала, говорю ему: “Давай покурим”. А он не курил. Взяла, юбку себе порвала и надела на веточку, зажгла, как факел, с этой веточкой домой пришли. Домой не зашли, остановились, всю одежду сняли. Кричим бабушке: “Дай что-нибудь одевать!” Она поняла, отругала нас: “Куда вы ходите ночью!” А там кладбище недалеко военное. Среди мертвых кто-то остался живой, и вот он кажется. Он не умер своей смертью, он уже считается, что живой. Бабка наша поняла, выбросила одежду, дом перекрестила, дорогу перекрестила, дымом, смолой окурила. Они ночью кажутся, в 12, в 3 часа ночи».
Многие сюжеты цыганской мифологии раскрывает народный сонник. Толкование снов позволяет раскрыть символику многих предметов в народной культуре. Хорошим предзнаменованием считалось приснившееся зеркало, обещавшее скорую свадьбу или скорые хорошие перемены в жизни. Увидеть лягушку означало, что в родне появится ребенок; увидеть птицу или летать во сне как птица - получишь известие; платок - получишь письмо; свинья, сало или мясо - к деньгам; хлеб или мука - к радости; вино - к радости, здоровью. Нехорошими считались сны, в которых виделись конь, рыба, цветы или вода. Вода предвещала слезы, а пить воду - к болезни. Увидеть во сне самовар - к болезни. Видеть себя голой или видеть свадьбу - нехороший сон, будут сплетни, смех, стыд, срам. Видеть во сне огонь - к смерти. Современным вариантом мифотворчества служит такая трактовка снов: «увидишь змею - будешь иметь дела с милицией, укусила змея - заберет милиция».
В религиозно-мифологической картине мира цыган тесно переплелись древние представления и более поздние, в том числе заимствованные у соседних народов. Несомненно, проживание в г.Перми также должно отразиться на представлениях пермских цыган. И через некоторое время можно будет фиксировать явления, которые с уверенностью будут названы «пермским» пластом культуры табора.

Из полевых наблюдений
В ходе работы мы не проводили целенаправленного сбора цыганского фольклора, были записаны лишь отдельные сказки, былички, баллады, песни. Но и эти немногочисленные тексты мы решили поместить в настоящем издании.
Как уже отмечалось, период Рождественского поста был временем рассказывания сказок парамич. Вот некоторые сказки, которые слышали наши информаторы от своих стариков.

Шилали (Вьюга).
«В одной деревне раньше жили люди, старики. И приехала в деревню девушка, вся в белом. Она напросилась ночевать у одной женщины. Взяла эта женщина и пустила ее ночевать. А тут вместе с ней попросились ночевать еще двое парней. Собрала их бабка в одну комнату. Ночью один парень не мог уснуть, все наблюдал за этой девушкой, она красивая, вся в белом. А она тоже все ходит, не спит. Он говорит ей: “Что ты не ложишься спать, что ты все ходишь?” А она ему отвечает: “Спи, кто тебе мешает?” “Хочу спать – буду спать, не хочу - не буду, это дело мое”. Но он не стал спать, а закрыл глаза, лицо одеялом и притворился, что спит.
Девушка взяла, открыла двери, пошла в сарай, где у бабки там дровишки из лесу собраны. А парень - раз, и за ней, за этой девушкой. Он только подошел и положил руку ей на плечо, хотел с ней то ли познакомиться, то ли обсудить что-то. И у ней руки стали меньше, и она его как будто воздухом бросила прямо в стену, и эта стена стала вся снежная, и парень тоже обратился в снег.
Потом пошла она обратно, там оставался еще один парень. Прошло час или два, этот парень спросил у нее: “Где мой друг? Когда ты вышла, он тоже вышел за тобой”. Она объяснила, что он хотел к ней приставать, и она его заморозила. “А как это так, как ты его заморозила?” И она рассказала, что она вьюга, дочь зимы и ветра. Этот парень с ней познакомился.
Потом эта бабушка-хозяйка уехала и оставила их в своем доме. Проходит время, они подружились, стали вместе жить. Еще год проходит, у них ребенок родился, мальчик. Стали они жить.
А тут какая-то женщина приехала из другой деревни, родственница этой бабки, и стала им мешать. Она все этого парня оговаривала: “Что ты на ней женился, что ты от нее видел, она вся белая, в ней крови нету, она такая мертвячка” И давай ее обзывать, давай портить все. И девушка-вьюга заморозила ее прямо у колодца. Когда соседи увидели, что она женщину заморозила в середине лета, хотели собраться и сжечь ее. Народ собрался, парня стали держать, привязали его. А ее на его глазах сожгли. Когда ее на огонь бросили, из нее вода пошла. Только вода и осталась».

Ромица (Мужичок).
«Было так. Бедный цыган не знает, куда деваться, куда податься, ни семьи, ни роду, бродил по свету. В один прекрасный день задумчиво он сидел, ему попался черт навстречу. И начал он с ним игру какую-то. А как черта можно обмануть. И каждый раз цыган придумывал так, что у черта он все время выигрывал.
Цыган один раз черта обманул перед мостом. Был мост, с этой стороны - черт, а с той стороны - Ромица. И черт никак не пускал его на свою сторону, а ему надо перейти мост. Ну, как его обмануть? Взял чурбак, расщепил и говорит: “Чертик, поставь свои пальцы здесь, в эту ямочку”. И придавило пальцы черту, и он убежал. А Ромица прошел с лошадью по мосту.
Второй раз он обманул черта, когда тот хотел забрать у него два мешка муки. Ромица все время переходил мост, а черт не давал ему покоя, все время сторожил его. И ему приходилось все время его обманывать. Он на этот раз взял и бросил в воду муки, ему и говорит: “Ты прыгай, достань, а я тебе еще два мешка дам”. Черт прыгнул в воду, а он прошел по мосту с лошадью».

Много сюжетов старинных сказок было пересказано нам в едва сохранившейся форме. Например, сказка о Дафино и Афино. «Были два брата и остались они от отца и от матери, потерялись. А у одного было солнце на груди, а у другого - месяц. И вот они через некоторое время встретились».

Значительное место в традиционном фольклоре цыган-кэлдэраров занимают песни-баллады. Старинные баллады исполняются в таборе до настоящего времени. Чтобы пропеть одну балладу, иногда требуется около получаса. Часто сюжеты баллад просто пересказываются. Вот пересказ одной наиболее распространенной и популярной в таборе баллады о цыгане Маноле. «Цыган Маноля с тремя братьями строит церковь. Днем строит, а ночью она падает, потому что лежит на нем проклятие. И тогда видит он сон, что надо отдать в жертву одну из трех жен, которая первая придет из города. И Маноля вырыл яму и уронил туда перстень. И первой пришла из города его жена, принесла ему обед. Маноля стал плакать, жена спросила его, о чем он плачет. Он ответил ей, что уронил в яму кольцо. “Не волнуйся, - отвечает она, - возьми свой ремень и отпусти меня, я его достану”. Он опустил ее и приказал рабочим залить ее фундаментом до колена. Когда ее залили до колена, она стала кричать Маноле: “У нас же дитя малое, кто его поить, кормить будет?” Он второй раз крикнул на рабочих, рабочие взяли лопаты и забросали ее до пояса. Она опять повторила Маноле эти слова. Тогда он ее до груди замуровал, и она его прокляла: “Ты эту церковь сделаешь и, когда поставишь на купол первый крест, упадешь и разобьешься”. И так и случилось. Он только поднялся, крест поставил на купол, упал и разбился».
В другой балладе рассказывается о двух сестрах, Лене и Донийце. «Жили две сестры, Лена и Донийца. Они вышли замуж за двух братьев. А им надо было закрасить забор глиной. Они встали рано утром и стали друг на друга кричать. “Пошли, - говорит, - замажем этот забор, чтобы на нас мужья не кричали”. И пошли доставать глину. Как только глину они нашли, стали яму копать. Вырыли такую яму, что туда попали, и их засыпало.. Они там между собой дерутся, в этой яме, и друг друга на друга кричат: “Кто нас оттуда вытащит?! Кто нас услышит?!” И прошло много времени. И подошел чабан-пастух, лег отдохнуть. И взял свою накидку такую, накинул на этот холм и слышит, оттуда идет шум, крик, женщины стонут. А он знает, что нету двух женщин, не хватает в таборе. Он побежал и поднял весь табор. Они пролежали там шесть недель, в этой яме, шесть недель. Когда их вытащили, одна умерла, Донийца, а Лена осталась жива. Подняли, достали их из ямы. Лену спрашивают: “Лена, чем ты жила, чем ты питалась?” Она говорит, что мать меня вспоминала, вот, что вспоминали меня, тем я и жила. И с тех пор начали люди поминать своих людей, покойников».

Сохранились в таборе и другие жанры цыганского фольклора. На празднике Рождества слышали мы лирические и плясовые песни. Любят слушать песни русских цыган, их записи есть в каждом доме. Традиционными стали и многие русские песни, особенно «жестокие романсы». Вот одна из таких песен:
Отслужил солдат много-много лет,
И осталось солдату отслужить пять лет.
Генерал решил, ему отпуск дал,
Побывать домой, попроведать семью.
Взял солдат шинель и вернулся домой
В русскую деревню солдат пришел.
Повидал солдат русскую хату,
На крылечке стоит молодая девица.
- Как жила, жена, хорошо жила,
Не состарилась, жинка молодая.
Но с крыльца в ответ: «Не жена я твоя,
Дочь солдатская, дочь сиротова».
Порыдал солдат горькими слезами.
Эту песню часто нам приходилось слышать от стариков и в русских деревнях Прикамья, но в цыганском таборе она звучит совершенно по-другому. Если в мелодии и улавливается что-то общее, то манера исполнения - традиционно цыганская.

1. Друц Е., Гесслер А. Цыгане. М., 1990. С.64-73.

2. Там же. С.77.

3. Деметр Н., Бессонов Н.. История цыган: Новый взгляд. Воронеж, 2000. С.259- 260.

4. Там же. С.262.

5. Деметр Н.Г. Цыгане // Народы России. М., 1994. С.393.

6. Деметр Н., Бессонов Н.. История цыган: Новый взгляд. Воронеж, 2000. С. 260.

7. Там же.

8. Друц Е., Гесслер А. Цыгане. М., 1990. С. 149-151.