Россия и её регионы в ХХ веке: территория - расселение - миграции/ Науч. Под ред. О.Глезер и П.Поляна. – Москва, ОГИ., 2005. – 816 с., ил, карт.

сборник вышел под эгидой Института географии Российской Академии Наук:

 

Николай Бессонов

ЦЫГАНЕ В РОССИИ: ПРИНУДИТЕЛЬНОЕ ОСЕДАНИЕ.

(статья о репрессивной политике советского государства по отношению к цыганам. Стр. 631-640.)

 

Расселение цыган в СССР и России.

Цыгане в России не такие уж недавние жители или гости: их первые таборы прикочевали на теперешнюю Украину в середине XVII, а в теперешнюю Россию – в начале XVIII столетия. При этом сами цыгане ни в коем случае не являются монолитным народом. Они были разделены на множество этнических групп, которых только в России насчитывается ныне более двух десятков. И, если в XIX веке следует говорить прежде всего о русских цыганах, сэрвах, влахах и прочих «традиционных» группах, то в конце столетия из-за границы прикочевали таборы ловарей и кэлдэраров, которых на протяжение долгого времени еще называли «иностранными» цыганами.
Разумеется, говоря о цыганах, было бы правильно привести выверенные статистические данные, показывающие их численность и динамику в отдельных регионах. Но, к сожалению, статистика – одна из слабейших сторон цыгановедения: национальная специфика цыган делает любые цифры лишь приблизительными. Так, для XIX века экспертные оценки западных специалистов варьировали от 10 тыс. до 1,4 млн. чел.1 Приблизительно верными представляются данные, согласно которым в 1847 году из 48 тыс. цыган Российской империи 18 тыс. проживали в Бессарабии.2 Эта цифра выглядит убедительно ещё и потому, что в то время большинство молдавских цыган находилось в крепостном состоянии, а официальное число таких людей составляло 11 628 душ.3 Разумеется, свободные кочевники всегда гораздо хуже поддавались учету. Они по мере сил стремились иметь как можно меньше контактов с властями, а при общении с переписчиками сознательно давали искаженную информацию. Столкнувшись же с репрессиями, цыгане стремились обезопасить себя и часто записывались под другими национальностями. Не приходится удивляться, что Всесоюзная перепись 1926 года зафиксировала всего 61 тыс. цыган. А по данным "дефектной" переписи 1937 года их оказалось всего 2211.4 Такой перепад цифр с трудом поддаётся рациональной интерпретации. Одно из возможных объяснений - шокирующее впечатление от коллективизации и других репрессий, что вынудило цыган скрывать свою национальность.
Что касается основных ареалов кочевок и проживания российских цыган, то на протяжении двух столетий они менялись. После отмены крепостного права многие таборы бессарабских цыган переместились на Украину и в Россию. Первые поселки оседлых цыган еще в XIX веке возникли в Крыму, в Армении, на Украине и, конечно же, в Молдавии.
После коллективизации и голода 1930-х гг. стала расти роль теперешней России: именно на ее территории создавались основные поселения для «оседающих» цыган. Важным фактором было и изменение границ СССР: аннексия Прибалтики и Западной Украины повысили число ставших «советскими» таборов.
Вторая мировая война обернулась для цыган такой же Катастрофой, как и для евреев: на оккупированных нацистами советских территориях они истреблялись почти с такою же методичностью, как и евреи. По имеющимся оценкам, было расстреляно от 30 до 35 тыс. советских цыган.
До Указа 1956 года (о нем см. ниже) кочевье на территории СССР все еще было массовым. Но после этого Указа деление на кочевых и оседлых цыган в СССР исчезло: практически каждая цыганская семья имела жилье и регистрацию.
Послевоенная статистика показывает устойчивый рост цыганского населения в СССР: 1959 год – 132 тыс. чел., 1970 – 175, 1979 – 209 и 1989 год – 252 тыс. чел. При этом доля РСФСР в цыганском населении, достигавшая в 1959 году 54,5 %, неуклонно росла и к 1989 году достигла 60,4 %, что было все-таки ниже аналогичного показателя за 1926 год (64,5 %).5
Паспорта этнических цыган очень часто имели в соответствующей графе запись: «грек», «венгр», «украинец», «русский» и так далее, поэтому есть основания предполагать, что в странах бывшего СССР сегодня проживает не менее 300 тыс. цыган.

Особенности цыганского историзма

Цыган в России если и любят, то слушать: гибкая, вольная и мелодичная песня трогает русскую душу, да и танец затягивает в свой водоворот. Пишут же об их трагической судьбе при советской власти не слишком часто: публикации последних десятилетий - это пока лишь накопление материала для будущих исследователей.6
Еще менее склонны рефлектировать о своей судьбе сами цыгане. Со времен исхода из Индии цыгане сохраняют кастовую ментальность и делят весь мир на две бесхитростные части - «рома» (то есть себя) и «гадже» (всех остальных). Все сколько-нибудь значимые события подвергаются ими интенсивному обсуждению, - но только устному и только в своем национальном кругу.
Ко мнению «чужаков» не принято было апеллировать. Если же событие значительно, то оно сохранится в устной традиции: никаких летописей или хроник цыганами не ведется. Соответственно, к семейным архивам и фотографиям цыгане относятся более чем пренебрежительно, да и вся архивно-письменная культура им органически чужда.
Этот принципиальный «анти-историзм» как черта национального характера создает для цыгановеда значительные трудности.
Не составил исключения и цыганский геноцид. Если евреи сделали и делают все возможное для того, чтобы увековечить память о своих мучениках, то цыгане переживали горечь своих потерь молча. И лишь в последнее время, – да и то большей частью благодаря историкам других национальностей, – были зафиксированы некоторые сведения об этой цыганской трагедии.
То же самое актуально и для темы данной статьи: при описании и советских репрессий историк редко может опереться на письменные материалы. Цыгане охотно рассказывают о прошлом, но чаще всего не могут подтвердить свои рассказы документально – так что даже теми скромными возможностями, что предоставляет им российский закон «О реабилитации жертв политических репрессий» от 1991 года, они фактически не в состоянии воспользоваться.
В отличие от других народов СССР, цыгане выделялись нулевой политизированностью и не выдвинули из своей среды ни революционеров, ни диссидентов - идейных борцов с тоталитарным государством. Тем не менее поневоле они были вовлечены во все трагические события советской эпохи - от коллективизации до депортаций военного и послевоенного времени.

Советские репрессии против цыган

Говоря о советских репрессиях, направленных против цыган, следует особо подчеркнуть, что, при всей своей жестокости, они принципиально отличались от хладнокровного и систематического нацистского геноцида. Если для немецких фашистов уничтожение еврейского и цыганского народов было программной целью, то в СССР цыгане страдали, будучи в водовороты репрессивных кампаний общесоюзного и межэтнического характера. Коммунисты не преследовали цыган как таковых – они исповедовали классовый подход и уничтожали определенные социальные категории, невзирая на национальность.
Революция принесла всем слоям цыганского общества множество проблем. Первой волной пострадавших от советской власти следует признать зажиточных – цыганское купечество, землевладельцев и домовладельцев. Они лишились своей собственности, исчезли и принадлежавшие цыганам постоялые дворы. В силу своей ментальности, ставящей жизнь превыше любого имущества, даже оседлые цыгане бросали в эти годы нажитую поколениями недвижимость и уходили кочевать. В силу понятных причин процесс конфискаций не был зафиксирован в литературе. Автору приходится судить о его закономерностях прежде всего по устной традиции и рукописям.7
С закрытием ресторанов и ликвидацией «господствующих классов» потеряли клиентуру и источник своего существования городские цыгане-музыканты. Разруха и общее падение уровня жизни поставили на грань голодной смерти и кочевые таборы - ведь простое население не могло платить им прежнюю цену за гадание или изделия кустарей.
В 1920-1930-е гг. предпринимались усилия по форсированному переводу цыган на оседлость. Государство обещало кочевникам бесплатные земельные участки и ссуды на обзаведение инвентарем. В земледельческих экспериментах советской власти выразилась определенная преемственность с усилиями царских чиновников.8 В земледельческих экспериментах советской власти выразилась определённая преемственность с усилиями царских чиновников. Подобные эксперименты проводил ещё Николай I. Его последователи добились определённых успехов в Молдавии, на Украине и в России. Существенно, что крепкие цыганские колхозы удавалось создать именно в тех местах, где цыгане крестьянствовали ещё до революции (например, под Смоленском).
Разница состояла в том, что цыгане, попавшие в жернова колхозной системы и не вписавшиеся в неё, отныне автоматически становились ее жертвами. Ужесточились и методы: власть стала прибегать к прямому насилию. Примером является инцидент с табором цыган-кишинёвцев: так, по свидетельству семьи Чеботарёвых (интервью 2001 года), цыган Васыля из рода "вакареште" во время коллективизации был расстрелян милицией на месте за то, что отказался сдавать в колхоз лошадей.
Тяжелейшей трагедией стал для цыган Украины организованный голод 1932-1933 гг. Цыгане групп «сэрвы» и «влахи» пострадали, может быть, сильнее многих других, поскольку, в отличие от крестьян, они не имели никаких запасов вообще. Пожалуй, единственным упоминанием тех событий в литературе является книга цыганского автора В.Бамбулы, родственники которого умерли голодной смертью в 1933 году.9
Подавляющее большинство публикаций посвящено истории колхозного движения или кратковременной деятельности «Всероссийского союза цыган». Между тем, реальное влияние энтузиастов из числа цыганской интеллигенции было ничтожно, а колхозы даже на кратковременном пике успехов объединяли не более 5% народа. Подлинная жизнь цыган того времени состояла в ежедневных попытках добыть средства к существованию как традиционными, так и нетрадиционными занятиями. Люди нанимались на земляные работы, шли на заводы, прокладывали туннели метро.10
Но особенно тяжелый удар нанесла по цыганской общине паспортизация. 27 декабря 1932 года, когда ввели внутригосударственный паспорт, началась крупнейшая спецоперация внутренних органов. Горожане получали прописку, позволяющую получать продуктовые карточки. Города при этом были разделены на категории «открытых» и «закрытых». Ко второй категории принадлежали, в частности: Москва, Ленинград, Киев, Одесса, Минск и Харьков, которые было решено очистить от всех неблагондёжных. В их число входили и цыгане, во всяком случае только с 23 июня по 3 июля арестовали и выслали 5470 цыган.11
Массовые аресты на Большой Охте в Ленинграде не миновали цыган из многих этнических групп, как кочевых, так и оседлых. Все они были отправлены в Норильск.12 Известны и другие пункты ссылки цыган: берега реки Обь, станция Тайга неподалёку от Новосибирска, район Ухты в Коми АССР.
Относительно подробной является информация, собранная В.Калининым о ссылках февраля-марта 1937 года. Милиция совместно с НКВД провела облавы в Тульской, Калининской, Рязанской, Калужской, Смоленской и Владимирской областях. Задерживали также цыган, проезжающих через Москву. Всех арестованных принудительно доставили на станцию Тайга. После новой волны арестов в Белоруссии, Молдавии, на Украине и в Крыму, в барачном поселке оказалось около 1800 цыган. Несмотря на охрану, многим удалось бежать: пойманные беглецы получали уже лагерные сроки.13
Попытки найти истинную причину репрессий неизбежно возвращают нас в сферу цыганской ментальности. Несмотря на полную аполитичность цыган, их жизненные установки шли вразрез с программными целями большевизма. В первые послереволюционные годы коммунисты рассматривали кочевой народ как своего естественного союзника, замечая, прежде всего, его бедность и таборный «коллективизм». Но со временем выяснилось, что цыгане органически не воспринимают идею классовой ненависти, а в наличии богатых слоев населения видят только благо, поскольку зажиточные всегда были их клиентурой. К тому же цыгане считали торговлю не менее почтенным занятием, чем производительный труд.
Ещё одной причиной отторжения стала полная невосприимчивость цыган к антирелигиозной пропаганде. Даже члены партии и комсомола продолжали отмечать церковные праздники, держали в «красном углу» иконы, венчались и крестили детей. Эта неожиданная стойкость религиозных убеждений, проявленная целым народом, не могла не раздражать агитаторов, выпустивших на цыганском языке множество изданий под общим лейтмотивом: «Религия – опиум для народа».
Итак, стремление цыган к торговым заработкам, попытки свести государственный контроль к минимуму, психологическая несовместимость с коммунистической идеологией и стали подлинными причинами расправ.
Аресты цыган по политическим статьям прослеживаются и по архивам. Некоторые из дел, несмотря на «политическое» оформление, позволяют сделать вывод, что подоплекой ареста была конфискация собственности. Так, в 1934 году в Ленинграде был арестован цыган-кэлдэрар, по профессии лудильщик. В его этнической группе любой доход обращался по национальной традиции в золотые украшения. В результате среди обвинений фигурируют не только фантастические шпионаж и контрреволюция, но и вполне реальная скупка валюты. Кэлдэрары делали мониста для своих жен из иностранных монет большого диаметра. Осудив ремесленника на десять лет, Особое совещание при коллегии ОГПУ конфисковало и его собственность.14
Иногда репрессиям подвергались целые артели, в частности, лудильщиков. И если в 1934 или 1935 годах обвиняемые лудильщики получали длительные тюремные сроки, то в 1938 году их приговаривали уже к расстрелу. Гибель цыганских артелей в Москве и Смоленске относительно хорошо документирована.15
Общее число цыган СССР, казненных в результате политических репрессий, нигде не зафиксировано: автору на данный момент известны 62 документально подтвержденные фамилии. Единственным надёжным способом оценить такие потери цыганской диаспоры на данный момент остаются "Книги памяти", выпускаемые сейчас в городах бывшего СССР. О расстрелянных цыганах имеются отдельные упоминания в "Книгах памяти" Курска, Марий Эл, Магадана.16
Простая экстраполяция показывает, что потери цыганской общины только в результате расстрелов по официальным приговорам исчисляются сотнями.
Для того, чтобы правильно оценить демографический ущерб, нанесённый цыганам сталинским террором, надо помнить о невысокой численности цыганской диаспоры.
Перепись 1926 года выявила в СССР только 61 тыс. цыган. Экспертные оценки позволяют максимум удвоить эту цифру. Соответственно, видно, что несколько тысяч казненных и погибших в заключении являлись для этого национального меньшинства крайне тяжёлыми потерями.
Непреодолимые препятствия возникают при попытке создать исчерпывающую базу данных на основе расстрельных списков. Даже если предположить, что сохранились и стали достоянием исследователей все следственные дела, число погибших цыган будет приуменьшенным. Получая советские документы, очень многие предпочитали числиться русскими, украинцами, молдованами, греками, и так далее.
Примером могут служить данные сводной статистической таблицы из издания «Ленинградский мартиролог».17 Подследственные цыгане-лудильщики, осуждённые Тройкой УНКВД 25 ноября 1937 года, были родственниками. Несмотря на это компьютерная выборка по формальным признакам привела к тому, что из 12 приговорённых к высшей мере семеро попали в графу «румынские цыгане», а пятеро в графу «румыны». Причиной является изначальная неточность анкет, возникшая уже при аресте. В данном конкретном случае есть возможность исправить неточность. Однако, если в других делах нет дополнительных подробностей, то историк несомненно останется в заблуждении относительно истинной национальности многих осуждённых.
Имеются косвенные сведения, показывающие, насколько официальные анкетные данные расходились с истинной ситуацией. На территории СССР были регионы, где многие цыгане уже давно жили оседло и где, соответственно, интенсивнее протекали процессы ассимиляции. Во время переписи 1926 года только 8 человек из многотысячной крымской общины назвали себя цыганами.18 При получении паспортов указанная тенденция была закреплена документально. В Крыму многие цыгане предпочли официально числиться крымскими татарами. В дальнейшем это спасло некоторых от гитлеровского геноцида, но невольно подставило под сталинскую депортацию 1944 года.19 Есть свидетельства и о депортациях цыган из Закарпатья, проведённых сразу после освобождения от фашистской оккупации».20
Фашистский геноцид в Крыму по официальным данным стоил жизни 1224 цыганам: так в Евпатории «было уничтожено и 400, а в Симферополе - 824 цыгана.21
Послевоенные годы ознаменовались полным крахом национальной политики, продекларированной по отношению к цыганам в 1930-е гг. Исчезли подконтрольные государству артели. Были разорены фашистами или прекратили свое существование многие цыганские колхозы. Цыганские таборы вновь кочевали по всей стране, зарабатывая на жизнь ремеслом, гаданием, попрошайничеством, но по большей части осваивая посредническую торговлю. В руководстве СССР вызревал план резкого изменения жизни нации, никак не желающей вписываться в регламентированные рамки социалистической государственной экономики.

Указ об оседлости

26 октября 1956 года было опубликовано Постановление Совета Министров РСФСР № 658 «О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством»22 (Вскоре оно было продублировано в восточноевропейских государствах-сателлитах). Впервые применительно к цыганам государственный акт открыто оперировал не социальным, а национальным термином («цыгане») и при этом угрожал репрессиями.
Между тем, многие цыгане оценивают итоги советского государственного вмешательства скорее положительно. Сохранение самобытных национальных обычаев и нравственных устоев зависит, прежде всего, от конкретных семей. Зато материальные преимущества оседлого существования и систематического образования детей по прошествии некоторого времени достаточно прояснились.
К 1950-м гг. кочевой образ жизни экономически стал себя изживать. Экспансия товаров промышленного производства обесценила труд большинства цыган-кустарей (а ведь именно сбыт ремесленных изделий веками являлся одной из причин и пружин кочевья). Механизация сельского труда и ограничения по использованию лошадей в личном хозяйстве подорвали цыганскую конную торговлю. Собственно говоря, процесс перехода к оседлости уже шел и так. Совместное участие в борьбе против фашизма психологически сблизило цыган с людьми других национальностей. Всё больше и больше цыган работало в области культуры, промышленности и сельского хозяйства. Не афишируя, как правило, своей национальности, они трудились на самых скромных должностях в обычных производственных коллективах. Иными словами, постановление 1956 года стало лишь катализатором естественного хода событий. Кроме того, авторы указа предусмотрели для обустройства цыган определенные мероприятия, облегчающие «оседание»: Местным властям предписывалось выделять им дома и землю, трудоустраивать их самих, помещать детей в школы и т.д. У не привыкших к массированной помощи и солидарности со стороны государства цыган эти шаги часто вызывали что-то вроде благодарности.
В практической реализации постановления были, конечно, элементы насилия. Нередко цыган заставляли за бесценок продавать государству лошадей, арестовывали оказывающих сопротивление мужчин. Чаще всего их через несколько дней выпускали, сделав внушение об уголовной ответственности в случае повторного ареста. В целом репрессии за неподчинение указу были минимальными.23
Итогом перехода к оседлости стал быстрый рост благосостояния. Расширившийся благодаря школам, радио и телевидению кругозор помогал цыганам не только в официальной работе, но и в бизнесе, или «спекуляции» (на милицейском языке тех лет). «Торговля с рук в неположенном месте» была самым распространенным обвинением против цыган и цыганок в 1970-е и 1980-е гг.24 Однако, имея возможность откупиться от милиции, цыгане в большинстве своём вновь возвращались к торговым заработкам.
До известной степени цыгане предвосхитили те перемены, что произошли в советском обществе после 1985 года. Психологически - а, отчасти и личным примером - они проторили миллионам советских людей дорогу к массовому международному "челночному" бизнесу.


1. Popp-Serboianu C.J. Les Tsiganes. P., 1930. P. 34..
2. Крыжановская И. Из истории крепостных цыган Бессарабии в первой половине XIXвека. Труды центрального государственного архива МССР. Кишинёв, 1962. Т.1. С. 221.
3. История СССР. Т. 2. М., 1955. С. 296.
4. Жиромская В.Б.; Киселев И.Н.; Поляков Ю.А. Полвека под грифом «секретно». Всесоюзная перепись населения 1937 года. М., 1996. С. 86.
5. Демографический энциклопедический словарь. М., 1985. С. 432;
Народы России. Энциклопедия. М. 1994. С.433.
6. Деметер-Чарская О. Судьба цыганки. М., 1997; Друц Е.; Гесслер А. Цыгане. М., 1990; Деметер Н. Бессонов Н. История цыган – новый взгляд. Воронеж, 2000.; Торопов В.Г. Крымский диалект цыганского языка. Иваново, 1994.; Бессонов Николай. Цыгане под сенью рубиновых звёзд. 30 октября.М., 2002. № 22, и др.
7. См. устные воспоминания семей Бузылёвых, Жемчужных, Чеботарёвых, Васильевых; рукопись воспоминаний Панковой Л.Н (архив автора).
8. См. Постановление Президиума ЦИК и СНК СССР 1 октября 1926 года
«О мерах содействия переходу кочующих цыган к трудовому оседлому образу жизни;
Постановлении Президиума ВЦИК и СНК РСФСР от 20 февраля 1928
«О наделении землёй цыган, переходящих к трудовому оседлому образу жизни».
9. Бамбула В. Циганська доля – що витер в полi. Перяслав-Хмельницький, 2002. С. 1-8.
10. Бриль М., Попова Е. Цыгане в Союзе ССР. Советское строительство. М., 1932 № 2. С. 133, 134;
Инков Н. В шатрах изодранных… Рабочий путь. Смоленск. № 182. 5.8.1934;
11. Куртуа С., Верт Н., Панне Ж-Люб Пачковский А., Бартошек К., Марголен Ж-Л.
Чёрная книга коммунизма. М., 1999. С.180, 181 со сноской на ГАРФ, Фонд 9479, оп. 1, д. 19, лист 7.
12. Со слов родственников репрессированых А. Е. Мальцевой и А.Главацкой, (см: Бессонов Николай. Цыгане под сенью рубиновых звёзд. 30 октября. М., 2002. № 22, С.6.) а также репрессированного А.М.Бурьянского.
13. Калинин Вальдемар. Загадка балтийских цыган. Очерки истории, культуры и социального развития балтийских цыган. Витебск, 2003. С. 32, 33.
14. Дело № 1232-34г. по обвинению Деметр Степана Петровича, прозывающегося по-цыгански
Ишван, по ст. 58-6, 59-12 УК Выписка из протокола Особого совещания при коллегии ОГПУ
от 29/IV 1934.
15. Бессонов Николай. Убиты за трудолюбие. 30 октября. М., 2002. № 23, С.5.
16. Бирюков А.М. За нами придут корабли. Список реабилитированных лиц, смертные приговоры в отношении которых приведены в исполнение на территории Магаданской области. Магадан. Магаданское книжное издательство, 1999, С. 82, 87, 90, 142, 143, 159, 160, 184, 186;
Книга памяти жертв политических репрессий Курской области. Курск, 1996, Т. 1, С. 229;
Трагедия народа. Книга памяти жертв политических репрессий республики Марий Эл.
Йошкар-Ола, 1996, Т. 1. С. 126.
17. Ленинградский мартиролог 1937-1938. С-Пб., 1999. Т. 4. С.686
18. Среди цыган. Красный Крым. 7.X.1928.
19. См. Торопов В.Г. Крымский диалект цыганского языка. Иваново, 1994. С. 9.
20. В последнее время упоминания об этом появляются на страницах ужгородской цыганской газеты "Романi яг". Воспоминания старожила Данила Герича зафиксированы на видеозаписи благодаря проекту Спилберга (Shoah Visual History Foundation, int.36870, 19 oct.1997, Danil Gerich). Автору удалось лично уточнить некоторые детали у этого пожилого цыгана из табора на окраине г.Берегово.
21. Книга скорби Украины. Автономная республика Крым. Симферополь. 2001. С 13; Кенрик Дональд, Паксон Грэттан. Цыгане под свастикой. М., 2001. С. 131, 132, со ссылкой на стенограмму Нюрнбергского процесса и на отчёт №152 айнзацгруппы D от 9 января 1941 года.
22. Хронологическое собрание законов, указов Президиума Верховного Совета
и Постановлений Правительства РСФСР. Т. 5, 1954-1956 г.г., М., 1959. С. 616, 617.
23. Некоторые сведения содержатся в: Друц Е.; Гесслер А. Цыгане. М., 1990, С. 328-331;
Деметер Н. Бессонов Н. История цыган – новый взгляд. Воронеж, 2000. С.227;
25. Масштабы данного явления пока не поддаются оценке. В окружении автора практически каждая цыганская семья носила передачи осуждённым "за спекуляцию" родственникам, либо с трудом откупалась от возбуждения уголовного дела.