Цыгане Белоруссии

Ольга Бартош

 

Ольга Бартош, цыгановед из Белоруссии. С 2005 г. проводит полевые этнографические исследования среди цыганских групп на территории Беларуси. В 2007 г. защитила диплом на тему "Традиционная культура цыган Беларуси в XIX - начале XXI века". В 2007 г. закончила исторический факультет Белорусского государственного университета, получила квалификацию "Преподаватель истории и этнологии". В настоящее время является аспирантом кафедры этнологии БГУ, работает над кандидатской диссертацией. Сфера научных интересов: семья, родство, гендер, семейные обряды, обычное право, иерархия цыганских групп.

Имеет ряд публикаций по теме диссертационного исследования в белорусских и зарубежных изданиях. В настоящее время совместно с Академией Наук Беларуси работает над проектом "Народы Беларуси", который будет включать коллективную монографию и тематический атлас. Также сотрудничает с зарубежными исследователями и центрами изучения цыган (Forum Tsiganologische Forschung, Leipzig).

Ольга Бартош с цыганкой-информантом. Город Петриков, 2009 год.

 

Цыгане в Белоруссии: в свете их трансформации

Географическое положение Беларуси на пересечении торговых и культурных путей обусловило пестрый состав ее цыганского населения. 10 тысяч оседлых цыган1, занимающих восьмое по численности место из народов, населяющих Беларусь2, представляют собой наиболее неоднородную этническую общность. На территории республики представлено несколько крупных, а также десятки небольших групп цыган, отдельные из которых формировались в отдаленных друг от друга ареалах и говорят на разных диалектах цыганского языка.

Экскурс в историю. Первые группы цыган появились в границах Великого княжества Литовского (ВкЛ), в состав которого с момента его образования в середине XIII века входили белорусские земли3, более пяти столетий назад. Предположительно, они пришли в ВкЛ по двум направлениям: западному - с территории Польши и южному - с территории Молдавии и Львовщины4. Согласно историкам XIX в., одна из этих групп под предводительством некого "войта Василя" получила от великих князей право на кочевание и самоуправление5.

В 1569 г. между ВкЛ и Польской Короной была заключена Люблинская уния, которая закрепила создание объединенного государства - Речи Посполитой6. Практика по осаждению цыган, имевшая место в Польше, стала распространяться на Великое княжество. Накануне и после Люблинской унии на сеймах ВкЛ рассматривался вопрос о закреплении цыган за землей7. Локальные сеймы также предпринимали попытки привлечь цыган к несению военной службы8. Кочевым цыганам было приказано покинуть границы ВкЛ9.

Белорусский историк Людмила Дучиц считает, что принятие соответствующих документов вызвало миграцию цыган на земли восточной Беларуси, на которые действие законов распространялось несколько позднее10.

Так или иначе, часть цыган подпадала под действие законов. Польский историк Лех Мруз, классифицируя цыганское население на территории ВкЛ в середине XVI века, выделяет категорию оседлых цыган11.

Выпадая из-под контроля табора, цыгане быстро подвергались ассимиляции. Об этом свидетельствуют судебные акты второй половины XVII - начала XVIII века, которые содержат обращения оседлых цыган в суды ВкЛ с обоюдными жалобами12.

В XVIII веке магнаты ВкЛ, опираясь на социальную организацию цыган, осаждали их в своих владениях. В начале XVIII в. группа цыган поселилась во владении князей Радзивиллов в местечке Мир (сейчас Кореличский р-н Гродненской области). Этнограф XIX в. Шпилевский П.М. писал, что мирским цыганам было предоставлено право выбирать "старейшину" и осуществлять свой суд, а также право свободной торговли в околицах Мира13.

С вхождением территории Беларуси в состав Российской империи после разделов Речи Посполитой в конце XVIII в., начался новый этап в осаждении цыган. Царское правительство зачисляло цыган в крестьянское сословие. Задержанных семьями кочевых цыган направляли из местных правлений, где они в течение некоторого времени находились под арестом, в помещичьи имения. Практиковалось также и причисление цыган к казенным имениям - "к пользе своей и общественной"14.

О степени эффективности предпринятых царским правительством мер можно судить по архивным источникам. В фондах Национального исторического архива РБ сохранилось "Предложение белорусского гражданского губернатора с изменением указа сената о поимке незаписанных по ревизии цыган" от 31 июля 1800 г., в котором говорится: "Многие из цыган, быв назначенными к поселению, в губернии не явились, а которые и пришли в места им назначенные, но земли по непривычке к обрабатыванию оной не приняли и вскоре сами удалились в неизвестные места"15.

Осознав неэффективность мер по закреплению цыган за землей, в 1812 г. царское правительство разрешило цыганам записываться в городские сословия - купечество и мещанство, в связи с чем наметился значительный отток цыганского населения из сельской местности в города. Ревизия 1847 г. вновь выявила большое число не закрепленных за определенным местом жительства цыган, которых перевели в разряд казенных крестьян16.

Кочевые цыгане в Белоруссии. Начало ХХ века. Фото из архива музея этнографии в Петербурге.


Белорусская кочевая цыганка. Начало ХХ века. Фото из архива музея этнографии в Петербурге.

Источники статистического и этнографического характера свидетельствуют о том, что большинство цыган на территории Беларуси в XIX в. вело кочевой или полукочевой образ жизни, который предполагал кочевание в весенне-летний период и оседлость в зимнее время17. Нет возможности проследить ни точную численность кочевавших в белорусских губерниях цыган, ни, тем более, к каким этногруппам они принадлежали. Автор "Этнографического обзора Витебской губернии" (1872) А. Сементовский писал: "Хотя все Витебские цыгане приписаны к той или другой населенной местности, но природная страсть к кочевой жизни побуждает многих из них проводить лето, а иногда и зиму в своем убогом шатре, переходя с места на место. Порой они появляются то там, то сям, Бог знает откуда и при каком количестве, которое далеко превышает официальное исчисление"18. Первой Всероссийской переписью 1897 г. в белорусских губерниях было зафиксировано около 3 тыс. цыган19. По разным источникам, в конце XIX - начале XX века в Беларуси существовало более десятка мест цыганской оседлости, часть которых составляли деревни с почти полностью цыганским населением20. Основным занятием цыганских групп, населявших Беларусь в XIX в., была конная торговля. Этнографические исследования того времени свидетельствуют об участии цыган в ежегодных ярмарках, приуроченных к наиболее значительным религиозным праздникам. Как сообщают источники, во время ярмарок цыгане располагались около местечек таборами до 100 шатров21. "Можно сказать, что в мирских ярмарках за лошадьми и цыганами свету божьего не видать", - писал этнограф Шпилевский22. Некоторая часть цыган также занималась кузнечным и сукновальным ремеслом, резьбой по дереву, лозоплетением. Основными женскими занятиями были гадание, знахарство, "ялмужничество" (попрошайничество), собирательство в тёплое время года23.

А. Докучаев. Цыганский табор. Дореволюционная этнографическая зарисовка.

Век XX. После советско- польской войны 1919-1920 весной 1921 г. был подписан Рижский мирный договор, по которому западная часть Беларуси отошла к Польше, составив "кресы восточные" , а восточная со столицей Минском осталась в составе БССР.

До 1939 г., когда после нападения Германии на Польшу Красная армия присоединила Западную Беларусь, на землях разделенной Беларуси осуществлялась политика двух враждебных идеологий. Польская администрация способствовала распространению польского языка и культуры, а также обращению местного населения в католичество. К концу 30-х годов в Западной Беларуси были закрыты все белорусские гимназии, среднее образование переведено на польский язык. Было восстановлено частное землевладение. Возобновление старых порядков способствовало поддержанию традиционного уклада жизни и стратегий жизнеобеспечения цыганских групп, кочевавших по Западной Беларуси.

В БССР в довоенное время была осуществлена тотальная коллективизация, набирала обороты индустриализация. Хорошо известный в истории Беларуси период белорусизации, пришедшийся на 20-е годы, к 30-м годам обернулся для деятелей белорусской науки и культуры градом репрессий.

Не смотря на то, что большинство цыган в БССР в довоенный период предпочитало традиционно вести кочевой или полукочевой образ жизни, в условиях, когда основная масса сельского населения была задействована в образовании коллективных хозяйств, для этого оставалось все меньше экономических оснований. В целом, политику советских властей в отношении цыганского этнического меньшинства в довоенное время можно охарактеризовать как лояльную. В рамках общесоюзных программ в 20-е годы в БССР осуществлялись попытки по интеграции цыган в экономическую жизнь путем создания цыганских колхозов. Наряду с этим, в 20-е - 30-е годы в Беларуси было открыто несколько цыганских школ. На базе кириллического алфавита в 1926 г. была разработана цыганская письменность. С целью обеспечения цыганских школ учительскими кадрами в 1932 г. в Москве начали действовать цыганские педагогические курсы24.

Вторая мировая война. За время немецкой оккупации Беларуси значительная часть цыган была уничтожена. Ограниченная база источников не позволяет назвать точную цифру цыган, подвергшихся геноциду на территории республики. Многие из оседлых цыган были призваны в армию, участвовали в партизанском движении.

Во время Второй мировой войны цыгане впервые столкнулись с реальной угрозой своему существованию на территории республики. Интервьюрование информантов, переживших войну, показывает, что в начале войны большинство цыган пребывало в состоянии полной растерянности и не вполне осознавало реальность происходящего. Цыганские группы, которые всегда обнаруживали высокий потенциал самосохранения, были далеки от выработки единой стратегии поведения. В начале войны многие семьи оседлых цыган присоединялись к кочевым таборам. Исследователи считают, что в 1941 г. отдельные группы цыган перекочевали в Россию25.

Цыганский табор, застигнутый немцами на оккупированной советской территории 20 августа 1941 года. Фото: Bundesarhiv.

Другие, наоборот, старались "затеряться" среди местного населения. Под угрозой смерти, имели место случаи этнической мимикрии, когда оседлые цыгане выдавали себя за белорусов или русских26.

По утверждениям историков, в течение некоторого времени немецкое командование не могло определиться, какие цыгане представляют наибольшую опасность для общества и подлежат уничтожению - кочевые или оседлые. Несмотря на это, на территории Беларуси имело место физическое устранение и той, и другой категории27.

Послевоенное время и переход к оседлости. За годы Второй мировой войны Беларусь лишилась третьей части своего населения и более половины национального богатства. Тысячи населенных пунктов были полностью или частично разрушены. Тысячи гектаров сельскохозяйственных угодий пришли в запустение. Значительная часть сельского населения была вывезена на работы в Германии. В 1944-1945 гг. прошла дополнительная мобилизация в армию, которая затронула более 80 тыс. гражданского населения.

В первое послевоенное десятилетие сельское население было представлено в основном женщинами, детьми и стариками. Для обработки земли не хватало тягловой силы. Обрабатывая свои приусадебные участки, чтобы прокормить детей, женщины сами впрягались в плуг.

Одной из насущных проблем первого послевоенного десятилетия в западных районах БССР был бандитизм. Банды, костяк которых составляли взрослые мужчины, уклонявшиеся от военной обязанности, как и во время войны, продолжали терроризировать местное население, требуя для себя пищу и одежду.

В послевоенное десятилетие многие оседлые цыгане переходили к кочевому образу жизни, что было связано с переходом к традиционным занятиям. Поскольку сельские жители остро нуждались в тягловой силе для обработки земли, многие цыгане снова занялись коневодством. Цыгане-ремесленники также кочевали по белорусским деревням и местечкам, предлагая местному населению ремесленные услуги и товары собственного изготовления.

В зимнее время селились "на постой" к крестьянам, у которых за определенную плату или услуги арендовали часть избы, сени, а иногда только печь. Некоторые семьи обзаводились собственным животноводческим хозяйством, которое в весеннее время брали с собой в кочевку28.

После войны в кочевых условиях успело вырасти целое поколение цыган. Вот воспоминания информанта из группы русска рома, родившейся во время войны: "Детство мое прошло, как в сказке. Как только сойдет снег - в марте, апреле - мы выезжали из зимовки (зимовали у русских в деревне, они пускали нас в свои дома). Останавливались в лесу, около речки, чтоб деревни были близко. Разбивали шатры. С собой водили свиней и коров - они прямо около шатра ходили. Молоко брали в деревне. Грибы, ягоды собирали в лесу. Ловили рыбу"29.

В свою очередь, советское правительство продолжало курс экономического развития, начатый в довоенное время. После войны в западных районах Беларуси началось проведение коллективизации, считается, что к 1952 г. она была завершена. К 1955 г. в БССР открылось 150 крупных и более 200 средних и мелких промышленных предприятий.

Еще до утверждения Постановления 1956 г. в Беларуси наметилась та же тенденция, что и в других республиках СССР30. В поисках новых возможностей группы цыган передвигались по направлению к большим городам. Некоторые цыгане устраивались на работу, иногда "по специальности". К примеру, моего информанта Головацкого И. В. приняли кузнецом на судоремонтный завод в г. Петрикове, где он проработал 25 лет.

Постановление Совмина СССР "О приобщении к труду цыган, занимающихся бродяжничеством" (20 октября 1956 г.) запретило цыганам кочевать и предписывало осесть на постоянное место жительства и трудоустроиться. Цыганам, перешедшим к оседлому образу жизни, выдавались паспорта с конкретной пропиской, в которых в графе национальность было записано "цыган" или "цыганка". Местным органам власти предписывалось оказывать цыганским семьям помощь в приобретении жилища и трудоустройстве31.

В исторической литературе существуют различные точки зрения на переход цыган СССР к оседлости, иногда значение постановления 1956 г. в процессе осаждения цыган явно преувеличивается. Позволим себе согласиться с болгарскими этнологами Еленой Марушиаковой и Веселином Поповым, которые считают, переход к оседлости был обусловлен тем, "что старый кочевой уклад жизни цыган, который был тесно связан с натуральным сельским хозяйством, исчерпал свой потенциал в новой экономической реальности"32.

Большинство цыган старшего поколения, хотя и вспоминают с ностальгией времена детства, проведенного в кочевках, к постановлению 1956 г. относятся достаточно спокойно: "Раньше кочевали, где лес - там и жили. Я родилась в лесу. Сейчас живем, как все, после указа. Никто нас не загонял: приезжали власти, вежливо все объясняли. Давали хаты по деревням. Не было ничего такого"33.

Цыганка из Слуцка. 2005 год. Фото О.Бартош.

К концу 50-х годов значительная часть кочующих таборов в Беларуси перешла к оседлому образу жизни и составила, по данным переписи 1959 г., 4 662 человека. Селились цыганские таборы (состоящие из 3 -5 больших и малых семей), как правило, на окраинах небольших посёлков, деревень, сёл, где иногда составляли целые улицы, кварталы, околицы34.

Советские граждане. Советская эпоха в истории цыган Беларуси отмечена глубокими изменениями материальной культуры. Торговля лошадьми и ремесленные услуги цыган более не находили спроса у местного населения. Часть цыган была занята в промышленности и аграрном секторе, но основная масса обнаружила новую экономическую нишу, востребованную советским обществом.

В брежневскую эпоху, известную дефицитом товаров первой необходимости, новые услуги цыган пользовались широким спросом. Цыгане, всегда отличавшиеся высокой мобильностью, приобретали в городах и перепродавали сельскому населению одежду, предметы домашнего обихода и интерьера. Как отмечают Марушиакова и Попов, в русском языке появилось устойчивое выражение "заказать у цыган"35. У цыган Беларуси по аналогии с выражением "лошадьми поехать", означающим, заняться торговлей лошадьми, возникло новое - "товаром пойти".

В целом, исследователи отмечают достаточно высокий статус цыган в советском обществе, обращая внимание на высокий статус цыганской культуры36.

Фото 1960-х годов из архива семьи Орловских.

Торговля товарами первой необходимости приносила достаточно стабильный доход. Довольно распространенный вариант цыганской семьи советского времени представлял собой союз рабочего и торговки, или рабочего и гадалки. Ограничимся здесь одним примером интервью: "Мой муж работал на тракторном заводе, я тоже там работала. Мы жили во времянке. Но работала я до первого декретного. Потом пошла гадать - и так всю жизнь. Мама моя гадала, бабушка гадала - на картах, на зеркале. Так уж в цыганской природе: сколько существует свет - столько цыганки гадают. Я гадала за один рубль, за два - кто сколько даст. За день я зарабатывала рублей десять - на них можно было семью несколько дней кормить"37.

Относительная экономическая стабильность обеспечила цыганским детям возможность учиться, многие из родившихся в 50-80-е годы цыган закончили базовую или среднюю школу, некоторые средние специальные и высшие учебные заведения.

Дом слуцких цыган. Фото О.Бартош.

После 1991 г. За время жизни в СССР цыгане выработали уникальные стратегии жизнеобеспечения, адаптированные к советским реалиям. Этому способствовала длительное постоянство социальных реалий и видимость экономической стабильности, характерная для учетно-плановой экономики.

Новая экономическая и социальная реальность, склонная к изменчивости, обернулась для цыган сильной маргинализацией. После 1991 г. многие цыгане Беларуси оказались за чертой бедности. В 90-е годы цыганки с малолетними детьми буквально заполонили белорусские деревни. Зайдя в дом, женщины просили помочь деньгами, продуктами питания, детскими вещами. То же самое имело место и в городах. В начале 90-х цыганки группами по 10-15 человек располагались около подъездов многоквартирных домов. Пока одна из них присматривала за вещами, остальные совершали обход квартир. В отличие от сельского населения, имевшего многовековой опыт сосуществования с цыганами, реакция городского населения на подобные акции была резко негативной: они расценивались как посягательство на личную свободу.

В конце 90-х годов часть цыган оказалась втянутой в распространение наркотиков на разных уровнях: от наиболее безобидных, когда цыганки ездили по деревням и покупали у местных жителей маковую соломку, до криминала. Этому определенным образом способствовало сохранение у цыган связей, основанных на родстве и круговой поруке.

Постсоветский период был отмечен ростом антицыганизма: местное население ассоциировало цыган с распространением наркотиков и попрошайничеством38. В этой связи у этнического меньшинства возникли определенные проблемы с трудоустройством и получением образования. Негативные стереотипы населения республики по отношению к цыганам в определенной степени поддерживались прессой.

В настоящее время ситуация несколько стабилизировалась. Некоторые цыгане, получив образование, нашли его применение в бизнесе, часто связанным с национальными традициями: открыли цыганские рестораны или основали цыганские ансамбли, которые пользуются популярностью у местного населения.

Цыгане Петрикова на центральной площади. 2009 год. Фото О.Бартош.

Часть цыган, проживающих в сельской местности, занимается огородничеством, ведет подсобное хозяйство. Гадание и знахарские практики по-прежнему находят спрос. Значительная часть женщин продолжает заниматься торговлей, зарабатывая на разнице в цене между товарами китайского и турецкого производства, приобретаемых на рынках Украины и Польши, и белорусских товаров.

Вместе с тем цыганское общество продолжает демонстрировать тревожные кризисные симптомы, которые тесно связаны с его внутренней жизнью.

Цыганские надгробия. Фото О.Бартош.

Семья. Первое явление, о котором здесь пойдет речь, можно условно обозначить как гендерный конфликт, развивающийся в ситуации, когда гендерные роли экономически не обоснованы.

При традиционном укладе жизни цыган кормилицей семьи была женщина. Мужчины, задействованные в традиционных ремеслах и коневодстве, также приносили определенный доход, который все же носил во многом сезонный характер.

Эта тенденция сохранялась и в советское время. В настоящее время занятость мужской части цыганского населения республики также носит в основном сезонный, или случайный характер. Многие исследователи отмечают такой немаловажный фактор, как нежелание мужчин адаптироваться к новым экономическим условиям39. Большинство из них традиционно требует от своих жен каждодневного пополнения бюджета, что в новых экономических условиях крайне затруднительно. Ведением домашнего хозяйства и воспитанием детей также занимается женщина, при том, что ее статус в семье по-прежнему чрезвычайно низкий. Имеет место семейное насилие.

Интервьирование замужних женщин 30-40 лет по анкете "Идентификация", куда входил вопрос "Какой брак Вы считаете предпочтительным для своих детей?", выявило неожиданную тенденцию: многие матери считают предпочтительным для своих дочерей брак с белорусскими мужчинами, мотивируя это тем, что "белорусские мужчины уважают своих жен, а не относятся к ним, как ко второму сорту"40.

Молодая хозяйка из Слуцка. 2008 год. Фото О.Бартош.

Второй конфликт, который возникает в рамках цыганской семьи, можно обозначить как конфликт поколений. Дети, которые посещают школу, как правило, стремятся принимать участие не только в учебной деятельности, но и в общественной жизни. Старшее поколение, выступающее за сохранение этнической самобытности, требует соблюдения традиционных норм поведения, которые исключают социокультурную жизнь вне цыганского сообщества. В мотивациях старшего поколения цыган Беларуси, как и у цыган других регионов, имеют место формулировки, которые говорят о восприятии школы как среды распространения чужой морали. Нежелание получать образование также мотивируется тем, что цыганские знания и умения более применимы в реальной жизни, нежели знания, полученные в школе41.

Девятиклассница из Слуцка. 2008 г. Фото О.Бартош.

Поиск новых идентичностей. У кочевых цыган наблюдалась достаточно стройная система самоидентификации, базовым уровнем которой являлось отождествление с родовой группой. На территории Беларуси насчитывается несколько десятков названий родовых групп. Их этимология различна, но в основном они восходят к прозвищам предков и топонимам: бэрня'ки, синя'ки, холоду'ры, удейки, маню'ки, чабанчики, корса'ки, пету'шки и т.д. К примеру, цыгане-бэрняки, происходящие из оседлых полесских цыган, утверждают, что их самоназвание происходит от топонима "бэрники", конкретное местонахождение которого забыто. Название родовой группы Базылевые явно восходит к излюбленному в цыганской среде имени - Базыль (Василь), от него же, по всей видимости, берет начало фамилия Базылевич.

Среди старшего поколения цыган память о принадлежности к той или иной родовой группе, что дословно определяется как "наша природа", сохраняется до сих пор.

Идентификация более высокого порядка представляет собой отождествление с цыганской этногруппой (термин, используемый для обозначения этого уровня идентификации в русскоязычной литературе). Так, вышеупомянутые бэрняки, удейки и корсаки относят себя к польска рома (польские цыгане).

Для объяснения, к какой цыганской группе они относятся, белорусские цыгане употребляют понятие "нация". Употребление именно этого термина делает более выразительным значение, придаваемое данному уровню идентификации. Кроме польска рома, на территории Беларуси значительно представлены русска рома, литовска рома и коренные цыгане, зачастую называющие себя белорусскими. В течение XX в. по территории Беларуси перемещались таборы котляров. В настоящее время отдельные семьи котляров и ловарей живут в таких городах Беларуси, как Минск, Витебск, Бобруйск, Слоним.

Исследователи цыганских групп на постсоветском пространстве отмечают, что зачастую один уровень идентификации может превалировать над другим, иногда тот или иной уровень и вовсе отсутствует42. Подобную ситуацию мы можем наблюдать у цыган Беларуси. К примеру, белорусскими цыганами называют себя те цыгане, которые в довоенное время жили оседло и давно утратили память о своей родовой группе. В то же время цыгане группы муканы, распространенные на границе Беларуси с Украиной, или лепенцы, проживающие в Витебской области, не идентифицируют себя ни с какой из этногрупп. Вопросы, связанные с уровнями идентичности, их этимологией и временем возникновения у цыган Беларуси будут подробно рассмотрены в диссертационном исследовании автора статьи. Пока остановимся лишь на тех изменениях в идентичности цыганских групп, которые имеют место в настоящее время.
У кочевых цыган социальная позиция каждого отдельного человека, равно как и отношения между людьми, определялась достаточно просто, а именно, престижем рода, к которому он принадлежал. Отношения между индивидуумами строились по принципам родства. Наиболее тесные связи существовали в рамках одной родовой группы. Браки предпочтительно заключали между представителями своей этногруппы.
Нельзя сказать, что кочевые цыгане совсем не знали материального расслоения, но оно было весьма незначительным. Идентификаторами богатства являлось количество лошадей, наличие собственной повозки, просторного шатра, обилие перин и т.д. Советская экономика, в рамках которой существовали цыгане, также не давала достаточных оснований для заметного обогащения.

С перестройкой, когда материальное положение каждой отдельной семьи стало зависить от индивидуальных возможностей, перед цыганами впервые серьезно встала проблема материального расслоения. Поддержание многих родственных связей стало невозможным ввиду материальных и социальных различий между родственниками. Большинство цыган, проживающих в столице, имеющих высокие доходы, определяют себя общим маркером "белорусские цыгане".

В Доме Молитвы христиан веры евангельской. г. Молодечно. Март, 2005

Нарушение родственных связей, утрата уверенности в завтрашнем дне в связи с экономическими потрясениями ведут к поиску новых идентичностей. Как и в других государствах Восточной и Юго-Восточной Европы43, многие белорусские цыгане пытаются обрести новое равенство и братство, участвуя в различных течениях протестантизма. Особенное влияние протестантских учений наблюдается среди цыган западных регионов. В небольших городах, где компактно проживают родственные друг другу семьи, имеет место переход в протестантизм национальной общиной. Как это было, к примеру, в г. Ошмяны Гродненской области. Протестантская община требует от новых членов соблюдения своих норм, зачастую вступающих в противоречие с нормами цыганского общества. О том, как накладываются протестантские догмы на цыганскую ментальность, а также о трудностях, с которыми сталкиваются цыгане, конвертируемые в протестантизм, пойдет речь в отдельной статье автора.

 

Bartosh, O. The Roma in Belarus: in the Light of Transformations,
In: Interstitio. East European Review of Historical Anthropology,
June 2009, Volume II, Number 2 (4), p. 17-29.

1. Национальный состав Республики Беларусь и распространение языков. Статистический сборник. - Минск, 2001. - Т. 1. - С. 16 - 18.

2. Дучыц, Л.У. З гiсторыi цыганоў Беларусi // Беларускі гiстарычны часопiс. – 2003. – №3.- С. 45

3. Вялікае княства Літоўскае: Энцыклапедыя ў 2 тамах. - Т.1. – Мінск, 2005. - С. 7
4. Mroz, L. (2001), Dzieje Cyganow-Romow w Rzeczypospolitej XV-XVIII, Wydawnictwo DiG, Warszawa. – S. 51
5. Данилович И. Этнографическое и историческое исследование о цыганах // Северный архив. – 1826. – №1- – С. 186 – 195,276 – 290
6. Вялікае княства Літоўскае… C. 227
7. Дучыц, Л.У. З гiсторыi цыганоў Беларусi… C. 46
8. Там же
9. Там же
10. Там же
11. Mroz, L. (2001), Dzieje Cyganow-Romow w Rzeczypospolitej… S.51
12. Акты Виленской археографической комиссии. - Т.34. - Вильня, 1909. - С. 310-311
13. Шпилевский, П.М. Путешествие по Полесью и белорусскому краю. Мн: «Полымя», 1992. - с. 90
14. Национальный исторический архив РБ. Фонд 299. Опись 2, Дело №2 «О причислении цыган к имению Смиловичи Игуменского повета помещика Манюшко» от 1796-1798 гг.
15. Национальный исторический архив РБ. Фонд 3219, Опись 1, Дело №1852 «Предложение белорусского гражданского губернатора с изменением указа сената о поимке незаписанных по ревизии цыган» от 31 июля 1800 г.
16. Дучыц, Л.У. З гiсторыi цыганоў Беларусi… C. 48
17. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции // Пытанні мастацтвазнаўства, этналогіі і фалькларыстыкі. Выпуск 4 / Ін-т мастацтвазнаўства, этнаграфіі і фальклору імя К. Крапівы НАН Беларусі; навук. рэд. А.І. Лакотка. – Мінск: Права і эканоміка, 2008. – С. 448-454 – С. 449
18. Сементовский А. Этнографический обзор Витебской губернии. – СПб: 1872. - C. 58.
19. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции… с. 449
20. Там же
21. Опыт описания Могилевской губернии. Под. ред. Дембовецкого. – Могилев, 1882. – Кн. 1. - С. 691
22. Шпилевский, П.М. Путешествие по Полесью и белорусскому краю…С. 85-86
23. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции… с. 449
24. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции… с. 450
25. Там же.
26. Там же. С. 450
27. А.Фрыдман “Невядомы генацыд”, “ARCHE”, № 3/2004
28. Бартош, О.Э. Белорусские цыгане: история и традиции // «Фокус», №4 (8) 2008. - С. 13
29. Полевые материалы экспедиции автора в Северный поселок (Минск), февраль 2005
30. Marushiakova, E., Popov, V. Ethnic Identities and Economic Strategies of the Gypsies in the Countries of the former USSR. In: Mitteilungen des SFB ‘Differenz und Integration’. 4/1: Nomaden und Sesshaffe – Fragen, Metoden, Ergebnisse. - Orientwissenschaftliche Heffe (Martin – Luther – Universitat Halle - Wittenberg), №9/ 2003. – pp. 289-310. - P. 301
31. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции… P. 448
32. Marushiakova, E., Popov, V. Ethnic Identities and Economic Strategies of the Gypsies in the Countries of the former USSR… P. 305
33. Полевые материалы экспедиции автора в Ружаны Брестской обл. , июль 2008.
34. Чаквин, И.В., Бартош, О.Э. Цыгане в Беларуси. Особенности этнокультурной адаптации и социокультурной интеграции… P. 448
35. Marushiakova, E., Popov, V. Ethnic Identities and Economic Strategies of the Gypsies in the Countries of the former USSR… P. 306
36. Там же.
37. Полевые материалы экспедиции автора в Северный поселок (Минск), февраль 2005
38. Там же.
39. Levenson, M.P. , Sparkes, A. C. Gypsy Masculinities and the School – Home Interface: Exploring Contradictions and Tensions. In: British Journal of Sociology of Education, Vol. 24, №5 (Nov. 2003), pp. 587-603.- P. 588
40. Полевые материалы экспедиции автора в г. Ошмяны Гродненской обл.
41. Levenson P. 598
42. Marushiakova, E., Popov V. P. 293
43. Slavkova, M. Roma Pastors as leaders of Roma Protestant Communities. - In: Dordevic, Dr. (ed.) Roma Religious Culture. – JVNIR, 2003, p. 168-177